- Много их? - спросил он больше для офицеров, чем для себя. Он-то почти знал, а вот его подчиненные, судя по сальным взглядам на Алику Антипову, еще нет. Все юбками любуются.
- Много, - сказал урядник небрежно, - мы не считали, но несколько тыщ точно! Густо идут, прямо на полк. Видать, хотят сразу смять.
Эти простые слова оказали на офицеров эффект ведра с ледяной водой – сначала ледяной ужас, потом стремление что-то делать, хотя бы отряхнутся.
- Вольноопределяющая Антипова, марш в полковой лазарет с готовностью постоянной помощи! На поле боя не появляться, высеку!
Алика на этот раз подчинилась, но, проходя мимо командира полка, мстительно показала язык. А потом стремительно прошла мимо, чтобы не попасть под нагрузку заодно с японцами. Полковник был явно на них зол. И, вроде бы, на нее.
Великий князь, вопреки мнению женщины, был совсем не зол. Другое дело, что Антиповой он хорошо бы наподдал за такое поведение. Пусть и не по уставу, зато от души!
А так только посмотрел небрежно вслед женщине и продолжил раздавать приказы. Было некогда. Дивизия вот-вот могла навалиться на не подготовившийся полк. И тогда был бы ужас.
Но полк уже готовился к обороне согласно командам его командира. Два батальона (1-й штабс-капитана Петрова, 3-й поручика Малинина) располагались в линию обороны, а 2-й батальон капитана Новосильцева размещался более компактно с задачей контратаковать прорвавшихся японцам. Батальон был несколько ослаблен, поскольку одну роту – 2-ю – командир полка взял себе с той же целью – контратаковать прорвавшихся атакующихся, но в меньших масштабах. Или помочь пулеметной команде.
Та по приказу полковника уже выдвинулась вперед пехоты с задачей прикрывать ее путем организации нескольких засад.
Приказ оказался неожиданный, поскольку не входил в существующую инструкцию генштаба. Но когда штабс-капитан Колесников попытался добиться дополнительных указаний, великий князь лишь раздраженно мотнул головой. Некогда! Своя голова есть! Мг-м!
Вообще, официальные документы об использовании нового оружия еще только разрабатывались. Войскам была отдана команда распоряжаться самим и больше проявлять инициативы. А уж великому князю-то точно никто не укажет. И начальник команды, помявшись, отправился располагать пулеметы на засадные позиции. Он ведь точно уже не мальчик в коротких штанах.
Полковник только насмешливо посмотрел вслед. Пулеметные засады в первой четверти ХХ века, пока их постепенно не вытеснили оттуда танки, были типичными вариантами использования пулеметов. В первую Мировую и, особенно, Гражданскую, сколько было примеров. Так что воюй Колесников, нарабатывай полезный опыт. А потом Генштаб только обобщит новую деятельность войск.
И не беспокойся, один ты не останешься против вражеской дивизии. Сил хотя и мало, но резервов для тебя наскребем. Тебя и пехота наша подопрет и пушки огневой мощью помогут. Так что не боись!
Михаил Александрович после недолгого заседания стоял на невысоком холме на окраине леска и бинокль смотрел на японских пехотинцев, смело и как-то беспечно атакующих его полк. Вернее так – японцы просто пробирались по местности, еще не зная о русских. Они бы и просто бы колоннами шли, да по уставу не положено на передовой. В уставе, правда, русском, но в японском, скорее, тоже.
Командование дивизии, конечно, уже знало о где-то прячущихся врагах, но рядовым как-то не сообщало. Зачем?
А вот теперь и рядовые узнали, - удовлетворенно подумал полковник. Сразу все восемь «максимов» с трехсот – четырехсот метров ударили по густым цепям атакующих. Как оно вам, почти кинжальный пулеметный огонь?
Уже через несколько лет цепи стремительно поредеют, вот как сейчас. Только в эти минуты от пулеметного огня, а вот в будущем от тактических установок.
А хорошо бьют, - порадовался Михаил Александрович и за пулеметчиков с их командиром штабс-капитаном Колесниковым и за себя, вспомнившего отдельные элементы тактики использования пулеметов в бою. Немного побеспокоился, увидев, что отдельные пехотинцы, упорно продвигающиеся вперед, оказались сравнительно близко от пулеметов. Надо бы им помочь!
Оглянулся на свой личный резерв, подтянутый поближе – 2-ю роту. Солдаты спокойно стояли в лощине за холмом и их даже не пугала пулеметная пальба.