Однако победил. Сам практически не ожидал, хотя и весьма надеялся и сделал все для этого. Но опять же какой крохотный масштаб! Каковую роль может сыграть небольшой даже не бой, так стычка нескольких тысяч русских солдат против нескольких тысяч солдат японских? Да никакую! Особенно если рядом идет сражение под Леояном крупных армий, где Россия должна, скажем так, не выиграть.
Нет, даже то сражение играет пусть не ключевое, но, по крайней мере, заметное влияние на всю войну. Наша страна, к сожалению, получит такой могучий пинок, что уже будет лететь к границе до конца войны. Когда-то по этому поводу злорадствовали, потом, в начале XXI века, горевали. А потом забыли. Люди умерли, кости истлели, все бумаги оказались в пыльных архивах.
Хотя, в этой реальности Россия получает еще один пока еще незаметный шанс в лице великого князя. А, Михаил Александрович? Тпру, Лизавета, четырехкопытное отродье дьявола!
Кобыла, как и любая не знающая знаков внимания мужчин женщина, стала капризничать и взбрыкивать, позоря несчастного владельца саморазводящегося транспорта. И это на виду-то всех казаков!
Этих легендарных для XXI веков всадников попаданец уважал. А потому старался, хотя бы, не падать лицом в грязь. А то ведь засмеют, пусть и не в лицо, а за спиной, но ведь высмеют. Так зло вышутят, что и на глаза не захочется показаться.
На Лизавете великий князь оказался совершенно неожиданно. После многолюдных награждений, чем только возможно, свободные от дежурств офицеры уже собирались в полковом офицерском собрании, предвкушая хорошую возможность выпить и закусить. Тем более, есть повод!
При Михаиле Александровиче в полку и так кормили прекрасно, что солдат, что офицеров. А сегодня командир полка громогласно приказал полковому интенданту Сутулому выдать на вечернюю пирушку (официально праздничный ужин в честь победы) два бочонка водки и продовольствия из расчета один рубль пятнадцать копеек. И не смотреть в рот, считая чарки!
«Что за норма такая?» - было написано на лице капитана Сутулого. Аршинными буквами яркими красками. Но он благоразумно промолчал, и правильно сделал, а то бы полковник ему объяснил. Хорошо объяснил, на уровне большого петровского загиба. И ведь тот бы ничего и никак не ответил. Субординация! Дисциплина! То, на чем держится армия хоть в XX веке, хоть в XXI. Мужчины меня поймут. Женщинам ныне слово не дают. Не положено-с!
На самом деле, все было просто до молодецкой одури. Эта норма была для парней в далекие застойные времена в его студенческой группе. Девчата (всегда большинство в педвузе) дружно решили, сколько можно жрать и не подавится.
Но ведь не скажешь о законах почти вековой будущности. Сто пудов, не поймут, да еще и в психушку сдадут, как пострадавшего на войне.
И, кстати, «Смит-вессоны» японские ненароком прибарахлил. Давно мечтал, аж с прошлой жизни. Не себе, конечно, раздал отличившимся в бою офицерам, то есть всем командирам полка, даже свежепроизведенному подпоручику Антиповой псевдоофицеру псевдовойска. На каждом пистолете наградная табличка с подписью от великого князя. Не прицепишься!
А «Смит-вессоны» они такие же японские, как и русские. Одна фирма от США. Или, точнее, тогда еще САСШ. Скромнее были, козлы американские, понимали, что не одни они соединились в экстазе и создали государство.
Так вот, только он опрокинул первый стаканчик водки и нацелился на ножку жирной птичьей тушки, как появился скорый гонец в небывалом для этой должности звании генерал-майора и потребовал от его императорского высочества (меня то есть) немедленно ехать в Ставку. Приказ от его высокопревосходительства генерал-адъютанта Куропаткина! Самого и лично! Немедленно!
Да что б тебя в тартарары на самую горячую сковородку!
Михаил Александрович тоскливо посмотрел на богато накрытый стол, на изобилие водки. Настоящей водки, а не отрыжки химической промышленности из нефти в недалеком будущем.
И не спеша поехал. А что ему еще делать? Появившееся было пожелание послать всех подальше, он дисциплинировано засунул подальше. Война же еще идет, твою распрекрасную мать, Алика!
Он не зря помянул эту смелую и при чем красивую женщину, которая уже точно решила сделать из него для себя праздничный трофей. Дескать, жениться он не может, на то дело августейшее, мы туда не лезем. Но переспать по пьянке ведь получится?