Капитана Красного тоже не миновали ни политика, ни финансовые операции. Сегодня Ремарк, Мюллер и Геринг привезли своего подполковника, начавшего что-то подозревать. Привезли бесплатно.
— И кто же теперь будет вами командовать? — спросил Василий. — У вас офицеров почти не осталось.
Генрих Мюллер довольно усмехнулся:
— Как старший по званию, командование примет капитан Артур Сарумян.
— Армянин?
— Сам себя он называет ассирийцем. Но пусть называет, основное его достоинство в том, что ни черта не знает и не умеет, а звание ему купил дедушка в подарок на совершеннолетие. А мы втроём у него на особом счету как самые доверенные лица.
— За что такое доверие?
— Все плачутся на безденежье и требуют выплатить жалование, а мы вовсе даже наоборот, предложили господину капитану сто рублей в месяц за невмешательство в наши мелкие махинации с казённым имуществом.
— Вы и казённое имущество распродаёте?
— Но нужно же как-то легализовать полученные доходы. Вчера, например, Герман удачно расторговался солдатскими одеялами. Три тысячи штук всего, но взяли оптом и просили ещё. Ботинки солдатские хорошо идут, но их в основном меняем на продукты, так как народец здесь бедно живёт. Это я к чему веду, Ваше Императорское Высочество… нас стали ставить в караул при апартаментах самого генерала Франко, и есть возможность его выкрасть. За сколько возьмёте?
Василий надолго задумался. За главного мятежника и пятьдесят тысяч рублей отдать можно, но будет ли такое решение правильным? Пока Франко держит своих инсургентов твёрдой рукой, не стесняясь отправлять провинившихся к некромантам, а если он исчезнет? Не разбежится ли его воинство по стране мелкими бандами, и не устроит ли партизанскую войну? Испанцы издавна славятся традициями герильи, и Наполеон Бонапарт тому свидетель. Вся Испания кровью умоется…
Ремарк правильно понял сомнения капитана Красного, и сказал:
— Протянете ещё неделю — при штурме Мадрида положите половину Корпуса. Ежедневно на жертвенных алтарях умирает от восьмисот до тысячи человек, и вся энергия вбухивается в защитные купола, которые не пробить даже крупнокалиберной артиллерией. А линкоров с шестнадцатидюймовками у вас тут нет.
Вася не стал говорить, что у них есть напалм и объёмно-детонирующие бомбы, для которых защитный энергетический купол не является преградой, но опять задумался. В принципе, приносимых в жертву испанцев ему не было жалко, но тремя лёгкими бомбардировщиками полностью защиту не разрушить, стало быть, возможны потери среди своих. Да что там возможны, они обязательно будут! Пуля, она дура…
— Хорошо, тащите своего Франко. Стог тысяч рублей за него достаточно?
— Да за такие деньги мы вам баварского короля привезём! — с энтузиазмом воскликнул Герман Геринг. — Нужно?
— Нет, баварского короля даже бесплатно не возьму, — отмахнулся Красный, и протянул заранее приготовленный пакет с деньгами. — За подполковника всё же возьмите. Приравняем его к испанскому генералу.
— Мы же в подарок! — попытался отказаться Ремарк. — От всей души!
— Берите! Я так понимаю, сделка по Франко будет последней?
— Угу, — кивнул Мюллер. — А после неё нам хотелось бы попасть в плен. И если можно, то не в Сибирь. Нет, если нельзя, то и Сибирь подойдёт. Лет на десять хотя бы.
— Могу предложить Крым. Прекрасный климат, виноградники, тёплое море. Да тот же Коктебель. Эрих станет писать свои книги, Герман устроится дегустатором на местный винзавод, Генриху предложим пойти внештатным консультантом в полицию. Как вам такой вариант?
— Было бы гут! И вот ещё вам подарок, — Мюллер достал свёрнутую в трубочку карту. — План Мадрида с нашими уточнениями. Узлы обороны, алтари некромантов, и всё такое… Может быть, пригодится?
Прилетев в Сарагосу, Красный сдал подполковника начальнику разведки Корпуса, а сам пошёл к командующему поделиться полученной информацией. Михаил Васильевич Фрунзе даже опешил от сообщения о грядущем в скором времени пленении генерала Франко.
— Такими темпами, Василий Иосифович, вы в одиночку войну выиграете.
— Так у нас не война, а подавление мятежа.
— Да неважно, как это называется. Вы сколько уже генералов в плен взяли, семь или восемь?
— Семь. Восьмого Артём Сергеев взял.
— Ну-ну… сделаю вид, что поверил.
— Я там ещё подполковника из французского Иностранного Легиона привёз, — улыбнулся Красный, и положил перед командующим план Мадрида. — Побомбить бы сегодня ночью немного.
— Это с Валерием Павловичем решайте, но принципиальных возражений нет. И вот ещё что, Василий Иосифович, представление на Георгия для мичмана Сергеева я не подпишу. Дадим «Славу» третьей степени. А вам за семерых даже не знаю на что подавать. Давайте оставим на усмотрение Его Императорского Величества.