— Матушка плохого не насоветует, Василий Иосифович.
— Я тоже так думаю, Георгий Константинович.
Ротмистров ошибся в пессимистических прогнозах — прапорщик Куликовский проиграл жалование не за двенадцать лет, а всего лишь за два года. А вот подпоручик Красный удивил. Он не отказался от выигрыша, но потребовал внести его в ротную кассу для поощрения нижних чинов, что непременно отличатся в предстоящих боях. Прапорщика такое требование более чем устроило, так как щадило размазанное по ломберному столу самолюбие. Благодарный Апполинарий Григорьевич до того расчувствовался, что подарил подпоручику свой портсигар вместе с папиросами. Роскошный подарок, что и говорить! Правда, при этом почему-то весьма нервно поглядывал на канделябр.
Чуть позже ротмистр Жуков объяснил причину нервного поведения. Посмеялись, конечно, но капитан пообещал себе избавиться от прапорщика при первой же возможности. Егерь, он на то и егерь, чтобы никогда, никому и нигде не попадаться. Сегодня его в такой мелочи разоблачили, а завтра что будет? А завтра он всю роту под монастырь подведёт неправильной маскировкой или природным скудоумием. В обоз, на склады, к чертям собачьим!
— Но согласись, Паша, твой подпоручик нас красиво сделал? — Жуков прикурил папиросу от огонька на указательном пальце, и выпустил дым в потолок.
— Тебе, Жора, грех жаловаться. Сто двадцать рублей не великие деньги.
— Это да. И знаешь, мне показалось, что он меня пожалел, а мог до подштанников раздеть, как того же прапора. Повезло тебе с взводным.
Капитан Ротмистров пожал плечами:
— Вот этого я пока не знаю, повезло или нет. Преферанс может сделать из человека обезьяну, но для офицера…
— Да брось… Ты его награды видел?
— Ещё в Петербурге видел, и что? Нам в Оренбурге свежие газеты загрузили, и пока вы играли, я почитал…
— Лейб-гвардейцы читают газеты? — удивился Жуков. — Куда катится мир?
— Не смешно.
— Ладно, извини. Что там в газетах?
— Статья о подвиге гимназиста, спасшего императора от террористки с бомбой.
— А нашивка за ранение?
— Контузило при взрыве. Так что, Жора, не завидуй. Я-то думал, мне достался обстрелянный взводный с боевым опытом, а тут…
— Боевой опыт в четырнадцать лет? Вот сейчас мне смешно стало.
— Да мало ли как оно бывает. Сам что ли не встречаться с генералами после омоложения?
— А ты не знал, что он гимназист?
— Знал, но надеялся на лучшее.
— Он хоть одарённый?
— Не уверен, но очень хочу на это надеяться.
— Так спроси.
— Как будто это что-то изменит.
— Тогда не спрашивай.
— Мудрый совет, ага!
Жуков пожал плечами, не понимая переживаний капитана. Если бы с теми же французами схлестнулись или с австрияками, тогда наличие одарённого играло бы большую роль. Против китайцев способностей ротного командира достаточно без помощников — егерям в атаку под прикрытием щитов ходить не нужно, а с китайскими колдунами пуля справляется без всякой магии. У них весьма своеобразная манера использования одарённых. Вот в двадцать девятом году…
Что-то грохнуло, обрывая воспоминания командира нижегородских драгун на самом интересном месте, и дирижабль вздрогнул от отдачи крупнокалиберных пушек. И ещё раз, и ещё… Пулемёты застучали длинными очередями, и наконец-то противно завыла сирена.
— Какого хрена, мы же над своей территорией? — Хрясь! Прямо над головой ротмистра Жукова в обшивке появилась дырка размером с кулак, и вокруг неё несколько пулевых пробоин. — Или уже над чужой?
Глава 11
Классическая воздушная засада, описанная в любом учебнике для начинающих истребителей младшего школьного возраста. С преимуществом по высоте, из-за облаков, со стороны солнца. Против неповоротливых и слабо вооружённых транспортников, как туз против десятки. Сбить не собьют, тут нужен минимум шестидюймовый калибр, но хода лишат, и будет огромная летающая сарделька болтаться между небом и землёй по воле ветров. А нападавшим больше и не нужно.
Транспортники огрызаются по мере своих немалых сил, и уже несколько дирижаблей с красными китайскими драконами на борту с дымным следом ушли к земле, тем самым выдавая английское происхождение машин. Господа из-за пролива не заморачиваются безопасностью экипажей и используют антигравитационные пластины по минимуму, и при серьёзных повреждениях дирижабли не держатся в воздухе. Но у короля много!
— Да мать вашу! — Красного отбросило к переборке ударившим в энергетический щит крупным осколком. — Мы так и будем изображать мишень?
Теоретически обшивка дирижабля выдерживает попадание трёхдюймового зенитного снаряда, а при своевременно поставленной защите вообще считается непробиваемой. Опять же теоретически… Давно не воевали всерьёз, и проверить результаты полигонных испытаний на практике не было возможности.