— Писк перед смертью?
— Сударыни, модель называется «Арина Родионовна».
— А «Пиковой дамы» тут нет?
— Вот, извольте обратить внимание… и рюшечки опять же.
— Девочки, и как я её потом буду снимать?
— Вот это, Лизонька, уже не твоя забота! Кому надо, тот пусть и снимает!
Вася почувствовал, как его щёки заполыхали огнём, и осторожно приоткрыл один глаз. Нет, пока всё в рамках приличий, и от выбора к примерке ещё не перешли. На всякий случай приоткрыл и второй глаз — вдруг и в самом деле перейдут.
Его маневр был замечен:
— Вася, ты что, подглядываешь?
— Да, — честно признался Красный.
— Так нельзя!
— А как можно?
— Подглядывать можно, но признаваться нельзя!
— Но ты же увидела?
— Я не увидела, а догадалась с романтической стыдливостью! Нет в тебе романтики, сапог ты гвардейский.
Снова Красный поразился непостижимой женской логике — за короткое время от дурака до Васеньки, а потом к гвардейскому сапогу. О женщины, порожденье крокодилов…
Больше он не стал разговаривать и закрыл глаза. И задремал незаметно для самого себя. Хорошо так задремал, со сновидениями, в которых райские гурии в прозрачных ночных рубашках производства Иваново-Вознесенска отстреливались из автоматов от нападающий на райские кущи китайцев, но командовал гуриями почему-то граф Лев Давидович Бронштейн. Граф демонически хохотал, размахивая закрепленными на древке розовыми панталончиками с кружевными рюшечками, и настойчиво требовал оценить фасон знамени.
— Изыди, сатана! — крикнул Льву Давидовичу раздосадованный Василий, и открыл глаза.
Верочка Столыпина, стоявшая перед ним с какой-то кружевной тряпочкой в руках, обернулась к подругам:
— А я предупреждала, что эта модель ему не понравится. Давайте следующую.
— Нет уж, — не согласилась Лиза Бонч-Бруевич. — Не будем ориентироваться на грубые солдафонские вкусы, и берём только то, что нравится нам.
— То есть, вообще ничего не возьмём? — огорчилась Катя Орджоникидзе. — Тогда мне заверните это, вот это, и ещё это. Но оно точно из Вышнего Волочка?
Интерлюдия
«Радио «Петербург». Программа «Горячие новости дня»
Ведущая: — Здравствуйте дорогие слушатели. С вами снова я, Роза Землячка! А в нашей студии сегодня почётный гость — министр юстиции Российской Империи действительный тайный советник барон Андрей Януарьевич Вышинский. И я очень надеюсь, что он ответит на некоторые вопросы, присланные слушателями нашей передачи. Вы же ответите, ваше высокопревосходительство?
Вышинский: — Разумеется, сударыня. Я всегда готов к диалогу, а моё министерство славится своей открытостью.
Ведущая: — Ой, ну зачем так официально? Называйте меня по имени.
Вышинский: — Как скажете, Розалия Самойловна. Но и вас попрошу обойтись без титулования. Имени и отчества будет достаточно. Обстановка вашей студии располагает к неформальному разговору, не правда ли?
Ведущая: — Так оно и есть, Андрей Януарьевич! Располагайтесь в кресле поудобнее, и чувствуйте себя как дома.
Вышинский: — Ну, так какие же вопросы волнуют наших многоуважаемых слушателей? Если это не касается государственных тайн, я готов ответить на любой вопрос.
Ведущая: — А если касается?
Вышинский: — Тогда вопросы будут задавать другие люди, и не мне.
Ведущая: — Страшно.
Вышинский: — В Российской Империи честному человеку бояться нечего. Так чем же, уважаемая Розалия Самойловна, интересуются ваши слушатели?
Ведущая: — В первую очередь, Андрей Януарьевич, они интересуются судьбой участников недавно разгромленного заговора, направленного на убийство императора и свержение самодержавия, и управляемого из-за границы. А во вторую очередь требуют самого строгого наказания заговорщиков, в том числе смертной казни для главных действующих лиц.
Вышинский: — Увы, Розалия Самойловна, но я боюсь разочаровать ваших слушателей недостаточной кровожадностью государя-императора Иосифа Первого.
Ведущая: — Поясните, Андрей Януарьевич?
Вышинский: — Отчего же не пояснить? Охотно поясню. Смертных казней не было, нет, и не будет! Лица, оказавшие вооружённое сопротивление при аресте, уничтожены, а остальных ожидают более или менее длительные сроки заключения и исправительных работ.
Ведущая: — Я правильно поняла, Андрей Януарьевич, что заключение и исправительные работы будут совмещены?
Вышинский: — Совершенно верно, Розалия Самойловна. Они совмещаются в обязательном порядке. Кто не работает, тот не ест! Империя не может себе позволить кормить кучу бездельников в тюремных камерах в ущерб благосостоянию собственного населения. Мы не должны отнимать деньги у законопослушных подданных, чтобы отдать их на содержание преступников. Это, знаете ли, развращает общество и мораль.