В этих чрезвычайных обстоятельствах Цезарь действовал со своей обычной находчивостью. Он превратил царский дворец и прилегающий к нему театр в крепость для себя и своих солдат и послал в Малую Азию, Сирию и на Родос за подкреплениями. Когда он заметил, что его оставшийся без защиты флот может вскоре перейти в руки врага, он приказал поджечь корабли. В этом пламени погибла часть Александрийской библиотеки. В результате отчаянных вылазок он захватил, потерял и вновь занял остров Фарос, который господствовал над входом в александрийскую гавань и контроль над которым позволял надеяться на то, что ожидаемая помощь беспрепятственно войдет в город. В одной из таких схваток ему пришлось спасаться вплавь, когда вокруг него градом сыпались стрелы. В этом бою египтяне сбросили его и еще 400 воинов с мола, вдававшегося в море. Думая, что победа останется за повстанцами, Птолемей XII покинул царский дворец, присоединился к ним и исчез из истории. Когда прибыли подкрепления, Цезарь наголову разбил римский гарнизон и египетскую армию в сражении при Ниле. Он вознаградил Клеопатру за ее верность в годину опасности, назначив ей в соправители ее младшего брата Птолемея XIII; другими словами, верховной правительницей Египта была отныне Клеопатра.
Трудно понять, почему Цезарь в течение девяти месяцев оставался в Египте. В это время против него собиралась выступить организованная в Утике враждебная армия, а Рим, где разгорелось восстание радикалов под руководством Целия и Милона, с нетерпением ожидал возвращения этого блестящего администратора. Возможно, он чувствовал, что заслужил право на отдых и развлечение после десяти лет войны. «Он часто пировал с Клеопатрой до рассвета, — говорит Светонии, — был готов вместе с ней проплыть через весь Египет на ее царской барке чуть ли не до Эфиопии, если бы не опасался солдатского мятежа»{415}. Не всем его воинам достались царицы. Может быть, он рыцарственно дожидался ее родов. Дитя родилось в 47 г. до н. э. и было названо Цезарионом; согласно Марку Антонию он признал мальчика своим сыном{416}. Не исключено, что Клеопатра не уставая нашептывала ему, как приятно стать царем, жениться на ней и покорить все Средиземноморье власти одного ложа.
Это, однако, не более чем предположение, причем предположение скандальное. В его поддержку нет никаких доказательств, кроме каких-то несущественных деталей. Несомненно другое. Цезарь буквально ринулся в бой, когда узнал, что Фарнак, сын Митридата, отвоевал Понт, Малую Армению и Каппадокию и вновь призвал страны Востока восстать против расколотого Рима. Мудрость Цезаря, «умиротворившего» Галлию и Испанию перед тем, как выступить против Помпея, стала теперь очевидна всем; если бы одновременно с Востоком восстал и Запад, скорее всего Империи пришел бы конец — варвары хлынули бы на юг, и Риму было бы не суждено пережить век Августа. Перестроив три своих легиона, Цезарь выступил в июне 47 г. до н. э., со свойственной ему стремительностью от берегов Египта дошел, минуя Сирию и Малую Азию, до Понта, разгромил Фарнака при Зеле (второе августа) и отправил своим римским друзьям лаконичный рапорт: Veni, vidi, viri — «Пришел, увидел, победил»{417}.
В Таренте (двадцать шестое сентября) он был встречен Цицероном, который просил прощения для себя и других консерваторов; Цезарь великодушно их простил. Он был поражен, узнав, что за те двадцать месяцев, пока его не было в Риме, гражданская война перешла в социальную революцию; что зять Цицерона Долабелла соединился с Целием и предложил народному собранию проект отмены всех долгов; что Антоний выпустил своих солдат на вооруженных пролетариев Долабеллы и 800 римлян нашли на Форуме свою гибель. Целий в должности претора призвал Милона вернуться в Рим; сообща они организовали армию на Юге Италии и предложили рабам вместе с ними участвовать в бескомпромиссной революции. Они не достигли больших успехов, но в воздухе носились их идеи. В Риме радикалы чествовали память Каталины и снова стали убирать цветами его могилу. Тем временем армия помпеянцев, собранная в Африке, выросла настолько, что численностью она теперь не уступала войску, разбитому при Фарсале. Сын Помпея Секст собрал новую армию в Испании, и импорт зерна в Италию вновь оказался под угрозой. Такой была ситуация в октябре 47 г. до н. э., когда Цезарь достиг Рима и Кальпурнии, привезя с собой Клеопатру, ее юного брата и мужа, а также Цезариона.