Римляне, говорит Витрувий, используют при строительстве древесину, кирпич, штукатурку, бетон, камень и мрамор. Кирпич являлся, как правило, основным материалом при возведении стен, арок, сводов и часто служил облицовочным материалом для сооружений из бетона. Штукатурка также нередко служила для лицевой отделки. Ее приготовляли из песка, извести, мраморной крошки и воды; качество штукатурки было довольно высоким. Ее укладывали в несколько слоев, общая толщина которых достигала иногда трех дюймов. В силу этого она могла сохраняться в течение девятнадцати столетий, как в некоторых частях Колизея. В изготовлении и применении бетона римляне были знатоками непревзойденными, вплоть до нашего века. Они собирали вулканический пепел, которым изобиловали окрестности Неаполя, смешивали его с известью и водой, заливали этим раствором кирпичную, керамическую, мраморную, каменную крошку и, начиная со второго века до нашей эры, получали таким образом твердый, как скальная порода, opus caementicum, которому можно было придавать практически любую требуемую форму. Эта смесь заливалась в сделанные из досок «корыта» (так же поступаем и мы). Таким материалом римляне покрывали обширные пространства, не нуждаясь при этом в какой бы то ни было опоре, и возводили таким образом прочные купола, которые были свободны от осевого давления арочных перекрытий. При помощи этого метода были возведены крыши над Пантеоном и большие термы. Большинство храмов и респектабельных домов строились из камня. Одна из разновидностей этого материала, доставлявшегося из Каппадокии, пропускала свет настолько хорошо, что храм, даже в тех случаях, когда все отверстия в его стенах оказывались закрытыми, был достаточно светел{921}. Завоевание Греции привило римлянам вкус к мраморным сооружениям; возникший в связи с этим спрос первоначально удовлетворялся за счет импорта колонн, затем самого мрамора и, наконец, разработки Каррарских карьеров близ Луны. До Августа мрамор использовался, как правило, для изготовления колонн и плит; в его эпоху мрамор стал применяться в качестве облицовочного материала для зданий из кирпича и бетона; только в этом «поверхностном» смысле Август имел полное право говорить о том, что отдельные римские районы — это «город из мрамора»; сплошные мраморные стены были редкостью. Римлянам нравилось смешивать при строительстве одного здания красные и серые граниты Египта, зеленый cippolino Эвбеи, черный и желтый мрамор Нумидии с каррарским белым мрамором, базальтом, гипсом и порфиром. Никогда прежде архитектурный материал не был столь пестр и разнообразен.
Дорический, ионийский и коринфский ордеры римляне дополнили тосканским и «составным» стилями, а также внесли в традиционные ордеры некоторые изменения. Колонны часто делались монолитными, тогда как раньше они представляли собой конструкции, составленные из подогнанных друг к другу «барабанов». Дорическая колонна получила ионийскую базу и, лишившись канелюров, приобрела стройность и изящество; ионийская капитель часто снабжалась четырьмя волютами, чтобы выглядеть одинаково с каждой стороны; коринфская капитель и колонна достигли изящества и прелести, каких не удавалось добиться греческим мастерам, однако в позднейшие десятилетия этот стиль был изрядно испорчен неудачными модификациями. Подобная избыточность характеризует и «составную» капитель, полученную посредством прибавления цветочного орнамента к ионийским волютам; образец этого стиля — арка Тита. Иногда волюты принимали форму живых существ, напоминая гаргульи и предвосхищая средневековые формы.
Щедрые римляне часто смешивали несколько стилей при строительстве одного здания, как это было в случае с театром Марцелла. С другой стороны, ложное понимание экономии приводило к тому, что боковые колонны прикреплялись к целле, как в случае с нимским Maison Carrée. Даже когда развитие арки лишило колонны их старой несущей роли, римляне пользовались ими как свободными от всякой функциональной нагрузки украшениями — обычай, который сохраняется вплоть до нашей, не слишком разборчивой эпохи.
2 Римские храмы
Конструкция практически всех римских храмов основывалась на греческих принципах балочного перекрытия — архитравы (или «главные балки») поддерживались колоннами и поддерживали, в свою очередь, крышу. Август был в искусстве таким же консерватором, как и в других областях, и большинство храмов, возведенных по его инициативе, были исполнены в русле ортодоксальной традиции. Начиная с этого времени, императоры постоянно умножали число обиталищ своих соперников-олимпийцев и прикрывали свой разврат архитектурным благочестием, загромождая холмы и блокируя проходы черепичными или позлащенными святилищами. Излюбленным адресатом этих подношений был, разумеется, Юпитер. Помимо прочих, ему был посвящен храм как Юпитеру Тонанту, или Громовержцу; другой был возведен в честь Юпитера Статора, или Остановителя, который, по преданию, остановил римлян, в панике бежавших с поля боя; кроме того, вместе с Юноной и Минервой он был обитателем самого священного из римских храмов на вершине Капитолийского холма. Здесь в центральном помещении, окаймленном трехъярусной коринфской колоннадой, находился хрисоэлефантинный колосс Юпитера Всеблагого Величайшего (Juppiter Optimus Maximus). Традиция относила первую версию этого средоточия римского культа ко времени Тарквиния Древнего; храм несколько раз погибал в огне и перестраивался; Стилихон (404 г.) снял с него покрытые золотыми пластинами бронзовые двери, чтобы расплатиться со своими солдатами, а вандалы унесли с собой позолоченную черепицу. Сохранились фрагменты мозаичного покрытия.