Представляется, что человек такого склада должен состоять из химической смеси именно тех доблестей и пороков, которые были необходимы для того, чтобы дома подавить революцию, а за границей — Митридата. Его 35 тысяч вымуштрованных бойцов без труда справились с пестрыми когортами, которые Марий набрал на скорую руку в Риме. Видя безнадежность ситуации, Марий бежал в Африку. Сульпиций был убит, преданный своим слугой; Сулла потребовал прикрепить голову трибуна к ростре, которая еще совсем недавно оглашалась его речами. Он наградил раба свободой за услугу и смертью за предательство. Пока его солдаты доминировали на Форуме, он постановил, что ни один законопроект не может быть вынесен на обсуждение народного собрания, если его предварительно не одобрит сенат, и что порядок голосования должен следовать «сервиевым установлениям», которые давали превосходство и преимущество высшим классам. Он выбрал сам себя проконсулом, позволил Гнею Октавию и Корнелию Цинне стать консулами (87 г. до н. э.), а затем отправился в поход против Митридата Великого.
Не успел он покинуть Италию, как борьба между плебейской партией популяров (populares) и патрицианской и всаднической партией оптиматов (optimates) вспыхнула вновь. Консервативные сторонники Октавия схватились на Форуме с радикалами, стоявшими за Цинну, и в один день погибло 10 тысяч человек. Октавий победил, а Цинна бежал, чтобы готовить восстание в соседних городах. Марий, скрывавшийся всю зиму, вновь прибыл в Италию, провозгласил освобождение рабов и во главе шеститысячного войска выступил сразиться в Риме с Октавием. Восставшие победили, уничтожили тысячи своих противников и украсили ростры головами казненных сенаторов; они прошли парадом по улицам, неся на пиках отрубленные головы аристократов, откуда и пошел этот славный революционный обычай. Октавий принял смерть спокойно: убийцы застали его в подобающем одеянии восседающим в трибунском кресле. Резня продолжалась пять дней и ночей, террор повстанцев не ослабевал на протяжении года. Революционный трибунал вызывал патрициев на свои заседания, приговаривал их к смерти, если они оказывались противниками Мария, и конфисковывал их имущество. Стоило Марию кивнуть, и этого было достаточно, чтобы отправить на смерть любого, причем приговор приводился в исполнение на месте. Были убиты все друзья Суллы; его имущество было захвачено; он был отстранен от командования армией и объявлен врагом общества. Мертвым отказывали в погребении, и трупы лежали прямо на улицах, пожираемые птицами и собаками. Освобожденные рабы грабили, насиловали и убивали всех без разбора. Чтобы навести порядок, Цинна собрал 4000 бывших рабов в одном месте, окружил их галльскими солдатами и приказал засечь до смерти{252}.