История, в свое время рассказанная Серегой и давшая Валере смутное представление об устройстве криминального мира Москвы и о взаимоотношениях крупных лидеров, на самом деле была несколько сложнее. Да и длилась она подольше, начавшись вовсе не с беспредела Цезаря.
Относительно молодая группировка из Марьиной Рощи быстро, даже слишком, набрала силу — она поднялась менее чем за год, из ординарной банды став влиятельной командой. Измайловские, мытищинские и недавно заявившие о себе фрязинские ребятки побаивались их и предпочитали дружить с ними. Марьинских мало интересовали
Северные территории, удерживаемые их союзниками, потому что сами они держали центр. Нет, Пеликана тянуло на юг, где располагалось много любопытных объектов — в частности, два аэропорта. Но на юге давно и прочно окопались беляевские, которым, в свою очередь, жутко нравился Центр. Первая же попытка Пеликана проникнуть на юг Москвы окончилась плачевно: беляевские с треском вышибли его со своей территории и в отместку явились на «Три вокзала», вотчину марьинских. Союзники в этот инцидент не полезли — потявкали издалека на беляевских и этим ограничились. Однако, когда Пеликан сумел вернуть свое поместье, они сочли за благо принять участие в разборке, правда, в заключительной стадии, когда исход уже был ясен.
Беляевских вроде бы потеснили, все успокоились, союзники поверили в собственные силы, и тут Ученый совершенно неожиданно предпринял попытку захватить «Космос», который делили мытищинские и измайловские. Причина у него была, и весьма уважительная — Хирург, лидер мытищинской команды, вознамерился заставить работать с ним некоего специалиста по антиквариату, не имея ни малейшего понятия, что тот давно и плодотворно сотрудничает с беляевскими. Для этой цели он привез незадачливого ху-дожника вместе с его женой и маленьким сыном в «Космос»... Реакция Ученого оказалась незамедлительной, его люди заняли гостиницу через полтора часа после того, как пленник был доставлен к Хирургу.
Невзирая на повод, это был весьма остроумный шаг, поскольку Ученый не ограничился спасением заложников. Гостиница осталась за ним, и таким образом он вбил свой район клином между владениями Марьиной Рощи и союзников. Воплей было немало; Пеликану моментально напомнили о его союзнических обязательствах, а беляевские, намертво засевшие в «Космосе», только посмеивались. Выбить их оттуда не получилось.
Следующим шатом Ученого стало открытие кооператива чуть ли не посередине зоны Пеликана. Оправдание своему поступку у него опять же имелось — он попросту сослался на власти. Где ему разрешили, там он и занимался бизнесом. Городским властям ведь наплевать на мафиозные междоусобицы. Пеликану это сильно не понравилось,
Он попробовал согнать Ученого, но тот привел сотню людей с явным намерением устроить бойню. Хорошенько взвесив шансы, Пеликан решил не рисковать: бойня была ему невыгодна при любом раскладе, он мог потерять слишком много людей, подозревая, что у Ученого эта сотня — не последний резерв. Так что пришлось смириться с бельмом на глазу.
Самое интересное началось, когда Цезарь решил заявить о себе. Он не придумал ничего более умного, как приехать на «Три вокзала» и без какого бы то ни было повода — зачем ломать голову над всякой ерундой? — с трестом вышибить законных хозяев и пообещать, что в скором времени вообще уберет их из Москвы. Пеликана чуть удар не хватил от такой беспримерной наглости. И кто ее себе позволил? Девятнадцатилетний мальчишка, щенок! В гневе он связался с Ученым, потребовал встречи, разборов, чего угодно, лишь бы оскорбление было заглажено. Ученый заявил, что его сын разбойничает сам по себе, а в ответ на возмущение такими либеральными методами воспитания послал Пеликана к черту, даже не дослушав. Тогда Пеликан приказал поймать и застрелить Цезаря, что и было сделано.
То, что это решение оказалось ошибочным, стало ясно очень быстро. Во-первых, Цезарь выжил, а во-вторых, Пеликан сам дал Ученому повод для настоящей мести. Три вокзала, на короткое время вернувшиеся к марьинским после визита Цезаря, вновь стали ареной боевых действий. Беляевским надоело баловаться, и они как следует пнули оттуда и марьинских, и союзников, и пару мелких местных команд. Но этим Ученый не ограничился: он принялся теснить Пеликана по всем фронтам. И очень скоро был заключен договор, по которому центр переходил к Ученому... Пеликан проиграл и думал лишь о том, чтобы сохранить то, что у него осталось. Мораль: не связывайся с сильным, последнее потеряешь.