— В этом нет совершенно никакой необходимости, — резко сказала мама, принимая свой обычный вид. — Я никуда не пойду. Мы еще не получили наших омаров. Я заплатила за них довольно большие деньги, так что мы останемся и съедим их.
— Не думаю, что ты будешь есть прямо сейчас. Ты едва не подавилась до смерти. Лимоном.
— Лимон здесь абсолютно ни при чем. Я чуть не умерла, когда ты сказала, что встречаешься с фотографом.
— Да, мам, так оно и было.
Я предложила ей сменить тему на более безобидную, чем мои любовные похождения, и поговорить о том, будет ли в конце недели идти снег и сменят ли ведущего актера в «Как меняется мир». Она была счастлива как моллюск — или, лучше сказать, омар? — к тому моменту, когда Марвин принес наше блюдо и повязал нам пластиковые переднички, на которых, кстати, были напечатаны следующие слова: ЗАГОРОДНЫЙ КЛУБ ГРАССИ ГЛЕН — ЛУЧШИЙ СРЕДИ ИЗБРАННЫХ.
— Очень сладкие и нежные, — сказала мама, вытащив вилкой из хвоста омара большой кусок мякоти, обмакнув его в растопленное масло и затолкав себе в рот.
— Да, они очень сладкие и нежные, — согласилась я.
Вероятно, единственное, в чем мы всегда с ней сходились, был вкус омаров. Между нами лежала настоящая пропасть в том, чего мы хотели от жизни, и не меньшая пропасть в том, как мы этого добивались. Мне стало грустно, когда я подумала об этом, но меня это не испугало. Больше меня это не будет пугать, никогда. Мне больше не требовалось одобрение моей мамы, как не требовалось одобрение какого-то мужчины. Единственный человек, чьего одобрения я хотела заслужить, была я сама, и я сделаю все возможное, чтобы этого добиться.
Глава 12
На пятницу у меня было запланировано достать из «порше» рукопись книги об Элистере Даунзе, принести ее в дом и прочитать всю эту чертовщину. Но мне не позволили это сделать. Сначала позвонила Дженет Клейборн и поинтересовалась, не смогу ли я показать мой дом чете из Канзаса. Она сказала, что компания ее мужа переезжает в Манхеттен. Мне так хотелось избавиться от Маплбарк до того, как банк приберет его к рукам, что я согласилась нарушить свои планы и показать дом. Хлеборобы из Канзаса оказались парой продюсеров из «Каррент Аффеа». Я поняла это, когда обнаружила, что они роются в ящике с моим нижним бельем. В свою защиту они выдвинули то, что это оправдывалось «настоящим и жестким тележурнализмом». Потом позвонил Тодд Беннет, этот обиженный соавтор Мелани, и спросил, может ли он приехать. Он сказал, что ему надо обговорить со мной очень важное дело. Слишком много дел, чтобы с комфортом устроиться в кресле и прочитать про всю подноготную сенатора Даунза.
Тодд приехал примерно в полдень. Я не видела его пару недель, и за это время этот низенький и толстенький человек с фигурой пупса, похоже, здорово похудел. Когда я спросила, сидел ли он на диете, он отрицательно замотал головой.
— Я очень беспокоился, а когда я беспокоюсь, то не могу есть.
— Я знаю, что у вас с Мелани произошло нечто вроде ссоры перед тем, как она умерла. Но вы не должны были так расстраиваться при известии о ее убийстве, — сказала я, пытаясь успокоить Тодда, который отказался присесть и ходил взад-вперед по моей прихожей.
— Ты узнала о нашей ссоре? Откуда? — Похоже, его это еще больше встревожило.
— Мне рассказала Мелани. Не о том, что стало причиной, а о том, что вы не вышли на работу и она не знала, где вас искать.
— Да, мы действительно поругались. Эта стерва отреклась от нашего договора.
— Вы хотите сказать, от того, что она обещала вам соавторство в книге?
— Именно. Пару недель назад наш издатель попросил подтвердить вариант обложки. Они собирались начать продавать права на издание книги за рубежом, поэтому изготовили макет обложки для подписания соответствующего договора. Они прислали его Мелани по почте, и мне удалось взглянуть на него.
— Удалось на него взглянуть?
— Да уж. Она не собиралась мне его показывать, поэтому пришлось стянуть его из ее кабинета, когда она вышла. И когда я его увидел, то понял, почему она не хотела мне его показывать. Я так разъярился, что едва не прибил ее.
— И что же было написано на обложке?
— Там было написано: «ЧА-ЧА-ЧА» — ИСТОРИЯ ЭЛИСТЕРА ДАУНЗА. Биография. Автор — Мелани Молоуни».
— Это название книги? «Ча-ча-ча»? — В рукописи, которая лежала под сиденьем моей машины, недоставало титульной страницы.
— Да. Это потому, что сенатор начинал как учитель танцев. Но ты представляешь, как Мелани меня провела? Она же обещала, что в этой книге мы будем соавторами. А чье имя было на обложке? Ее. Не ее и мое, а только ее.