— Понял. Однако, думаю, если вы перекусите у Макгавина, это не слишком скомпрометирует вашу вновь обретенную независимость?
— Не скомпрометирует. Заезжай за мной через час.
Я с трепетом ждала этого вечера с Кулли. Мое волнение объяснялось еще и тем, что утром я смогла прочитать еще одну главу рукописи Мелани. Так как рукопись была спрятана в сауне, я решила убить одним выстрелом двух зайцев и почитать, пока парилась. К несчастью, чтение оказалось таким увлекательным, что я пересидела в парилке и едва не лишилась чувств от теплового удара.
Во второй главе, где речь шла о политической карьере Элистера, Мелани недвусмысленно заявляла о том, что в начале пятидесятых, когда Даунз вот-вот должен был стать сенатором, оставаясь при этом звездой Голливуда, он шпионил для правительственной комиссий Джозефа Маккарти. Он докладывал комиссии о коммунистах в среде его друзей-актеров, чем разрушил судьбы многих известных американских представителей шоу-бизнеса. Кроме того, Мелани писала, что он тайно поддерживал и был активным участником различных группировок, которые боролись за права белых. И истинной причиной его ухода из Сената было то, что связи с этими группировками должны были стать достоянием гласности.
Я была в шоке. Несомненно, Элистер относился к консервативным республиканцам. Но участник «охоты на ведьм» Маккарти и борец за верховную власть белых? Если то, о чем говорила Мелани, было правдой, этот человек просто монстр! И думать нечего, что мафия убила Мелани. Элистер мог вполне сделать это собственноручно. Есть у него алиби или нет, он вполне мог шарахнуть ее по башке, чтобы она не уничтожила его репутацию. Может быть, он вовсе не был ни с какой женщиной в ночь убийства. Может, не было никакой «подружки». Может быть, Элистер выписал детективу Корзини большой жирный чек, а этот фанат знаменитостей запрятал истину поглубже.
Какой же этот Элистер подонок, думала я, лежа в сауне и изнемогая от обезвоживания организма. Подумать только, я работала на этого человека. Моя бедная, ничего не подозревающая мама отправилась к нему домой, чтобы обсудить мое будущее в его газете. Он же одурачил весь город, да что там, всю страну, в которой его считали героем, образцом поведения, моральным лидером. Вот что значит делать людям «ча-ча-ча»!
В половине восьмого мы с Кулли прибыли к Макгавину и сели за угловой столик.
— Принести вам что-нибудь выпить? — спросила официантка.
— Ром «Маунт Гэй» с тоником, — ответили мы хором и рассмеялись.
— Ого, когда это ты начала пить «Маунт Гэй»? — спросил Кулли.
— На вечере, посвященном омарам штата Мэн.
— На чем?
— Не обращай внимания. Я решила, что мне нравится «Маунт Гэй». И еще я решила, что ты мне тоже нравишься.
Кулли перегнулся через стол, взял мою руку и сжал ее.
— Я рад, — сказал он с улыбкой.
Мы как раз собирались изучить меню, когда я заметила Джулию, которая встала со стула возле бара и направилась к двери. Она была одна.
— Эй, Аппельбаум! — окликнула я ее. Я надеялась, что она обернется. Мы не виделись с того момента, когда новости об убийстве Мелани и моей деятельности в качестве горничной стали достоянием общественности. — Джулия! — позвала я ее еще раз, но она продолжала идти, словно не слышала меня. — Джулия! — кричала я, махая рукой, чтобы привлечь ее внимание. — Я здесь!
Она остановилась, посмотрела в мою сторону, но даже не улыбнулась. Похоже, она меня не узнала.
— Эй, это я, Элисон. Иди к нам, — крикнула я, жестом приглашая ее к нашем столику.
Она посмотрела на меня довольно напряженно. Это был взгляд человека, застигнутого врасплох за каким-то занятием, которого она стыдилась и боялась, что будет обнаружена.
— Привет, Кофф, — проговорила она скороговоркой. — Мне надо идти, извини.
После этих слов она вышла из ресторана.
— Ничего не понимаю, — сказала я Кулли. — Джулия моя подруга. Она никогда не задирала передо мной нос.
— Не похоже, что она задирала нос, — ответил он. — Ее поведение скорее смахивало на то, что она пряталась.
— Я это тоже почувствовала. Она, казалось, хотела убежать от меня. А вдруг она поверила в то, что пишут в газетах? Неужели моя давнишняя подруга Джулия поверила, что я убила Мелани?
— Уверен, что это не так, Сонни. Может, она просто опаздывает на свидание и не может остановиться и поболтать.
— Может быть. Когда мы разговаривали с ней в последний раз, у меня сложилось впечатление, что она с кем-то встречается. Но я не смогла заставить ее сказать, кто этот таинственный мужчина.
— Должно быть какое-то разумное объяснение ее поведению, — сказал Кулли. — Но пусть этот эпизод не испортит нам вечер.