В один из дней она столкнулась в дверях с Евсеем. Он быстро поздоровался, но потом замедлил шаг, посмотрел на нее, о чем-то задумался и неожиданно взяв ее под руку, сказал:
– Поехали со мной.
– Куда? – удивилась Маша.
– Пообедаем. У меня встреча с инвестором. Мне его секретарша только что по дружбе сообщила, что он придет с девицей. Составишь ей компанию. Честно, не ожидал такой подставы, похоже, он хочет соскочить с проекта, но мне есть что ему сказать, а для этого нужно, чтобы он ни на что не отвлекался.
– Что-о? – Маша опешила.
– Нет-нет, это не имеет к выставке никакого отношения. – Евсей по-своему понял ее возглас. Он вынул мобильный телефон и взглянул на время. – Как раз есть полчаса доехать. Ну так что, поедим острой лапши?
– Боже, ты и правда неподражаем!
– Я рад, что тебе это нравится, детка, – засмеялся Евсей и не отпуская Машиной руки, повлек ее к выходу.
По дороге Маша оживленно болтала и смеялась шуткам Евсея. Ей было приятно снова очутиться в его машине, где витал будоражащий запах дорогой кожи и дорогого парфюма. Нравилось смотреть на летящие за окном улицы, запруженные людьми, на старинные петербургские дома, впечатляющие своим обликом, неповторимыми и строгими фасадами, где под портиками и карнизами можно было обнаружить то цветную мозаику, то причудливые и фантастические орнаменты, то живописные барельефы с мордашками толстых, улыбающихся купидонов.
День выдался ясный и безветренный. Солнце сияло в бледно-голубом небе и, отклонив голову, Маша время от времени бросала взгляд вверх, ощущая беспричинные воодушевление и радость. Чувство, острое и блаженное, рожденное миром в душе и предчувствием весны. Лучи солнца сверкали в окнах домов, отражались в водосточных трубах и крышах, и даже подтаявший снег в пробегающих мимо городских скверах как-то особенно искрился на фоне черной земли и деревьев.
Евсей смотрел на Машу с улыбкой. Ему нравилось ее приподнятое настроение. Сегодня она выглядела прелестно, и Евсей подумал, что, если получится создать за столом непринужденную атмосферу, он, пожалуй, сможет, следуя в фарватере легкой светской беседы, донести до неуступчивого и острожного дельца перспективы предложенного ему проекта.
Приехали за десять минут до назначенного времени. Евсей без труда нашел отличное место для парковки, что служило верным знаком – дальше дело пойдет удачно. Маша вышла из машины, оглядела вывеску и витрину заведения.
– Это азиатский ресторан? – спросила она.
– Тайской кухни. Признаться, не люблю острую, кисло-сладкую и прочую в таком роде еду, но этот Максим Хван большой ее поклонник. Сам он в каком-то поколении азиат, но такой, знаешь, на русской почве. Хитер и уклончив, но, если уж отрежет безапелляционно, ни на какой козе к нему не подъедешь.
– А что тебе от него нужно?
– Хочу заинтересовать его проектом, получить инвестиции и кое с кем познакомиться через него.
– Каковы шансы на успех?
– Он уже почти согласен, но все еще хитрит и уклоняется, – непринужденно ответил Евсей, открывая перед Машей двери ресторана.
Заведение оказалось просторным, интерьер вычурным. Подчеркнутый азиатский стиль царил во всем – в бамбуковых драпировках, в росписи настенных панно, в маленьких красных фонариках, изящных скульптурах, расставленных по углам, и даже в растениях, высаженных в больших плетенных кадках.
Короткий разговор с дежурным администратором – и их проводили к столику, расположенному во втором зале ресторана, оказавшемся еще более впечатляющим. Столики здесь были разделены искусственными ручейками с журчащей водой и располагались в своеобразных беседках, пройти к которым можно было по дощатым мосткам. В беседке, куда их проводили, уже расположилась пара. Если Евсей и удивился, что пришел не первым, то виду не подал, а очень любезно поздоровался и представил Машу. Девушка за столом выглядела эффектно, но вид у нее был безучастный и немного раздраженный – очевидно обед в компании скучных бизнесменов, намеревающихся обсуждать какие-то дела, она с большей радостью променяла бы на встречу тет-а-тет со своим визави. Ее спутник оказался мужчиной средних лет, русоволосым, плотного телосложения. Прищуренные глаза на полном улыбающимся лице смотрели приветливо. Но та энергия, с какой он пожал руку молодому человеку, и взгляд, каким он посмотрел на Машу, безошибочно дали понять – осведомленность и предприимчивость Евсея замечены и оценены.
Завязалась светская беседа. Маша смотрела в меню, отчего-то чувствуя себя неуютно. Освещение в зале с беседками было приглушенное. Это составляло такой разительный контраст с ясным солнечным днем там, за далекими дверями, что Маша неожиданно сникла, а экзотические блюда, которые она не спеша разглядывала на фотографиях, не вызывали ни интереса, ни аппетита.