У парадного Олег вышел из машины вместе с Машей. Она внутренне сжалась, ожидая, что на прощание он вздумает ее приобнять, но он не сделал ничего подобного. Оглядевшись по сторонам, Олег сказал, что в этом районе когда-то жил его приятель, но с тех пор сам он здесь не бывал. Упомянув об этом, Олег предложил обменяться телефонами, сообщил, что предстоящая неделя на работе будет напряженной, однако он подумает, как вместе провезти выходные, и с этим уехал.
Остаток вечера Маша провела в бездумной суете. Она вернулась раньше, и Рита с удовольствием выпила с ней пару чашек чая, доложив, как прошел день у Илюшки, а потом завела разговор о своем наболевшем – ее действительно утомила свекровь бесконечными придирками, опекой и контролем.
– И это мы еще вместе не живем! Не знаю, как Настька с ней справится, когда замуж выйдет. До этого-то она не сильно вмешивалась, но теперь…
– За нашу барышню не волнуйся, она себя в обиду не даст.
– Посмотрим, кто кого? – рассмеялась Рита.
Через полчаса за ней приехал Борис, и она распрощалась.
Маша принялась мыть посуду, когда неожиданно проснулся Илюша. Она перестелила детскую постель, но ребенок уже не мог уснуть, раскапризничался и заплакал. Маша долго ходила по комнате, держа сына в объятиях. Почему-то сегодня она острее обыкновенного ощущала тепло его тела, вдыхала его такой родной запах. Когда малыш, убаюканный и согретый у нее на груди, притих, она осторожно опустилась в кресло и, склонив голову, с улыбкой смотрела на него. Сердце ее переполняла безграничная любовь к этому хрупкому беспомощному существу, она любила в нем все – от его взъерошенной темноволосой макушки до пяточек в цветных носочках. Маша почти задремала, когда Илюшка заворочался во сне и тогда она перебралась с ним на диван, ни за что не желая отпускать его от себя. Она перенесла к себе его постель и потом лежала еще несколько минут, вглядываясь в его лицо и держа его за ножку, пока наконец сон не сморил ее.
Олег позвонил в пятницу, сказал, что выходит с работы и едет к ней договориться о планах на выходные. Маша робко заметила, что ехать почти полтора часа нет необходимости, можно все обсудить по телефону. Но он лишь коротко ответил, чтобы она его ждала и попрощался. Выждав время, Маша тщательно одела Илюшу, усадила в коляску, взяла Локи и вышла на улицу. Она сидела в скверике напротив дома уже довольно долго и успела продрогнуть, когда во двор въехала уже знакомая машина. Был еще ранний вечер, только начало смеркаться, поэтому Маша хорошо видела, как Олег, припарковавшись, вышел из машины, поднял голову, глядя на дом, и потянулся за телефоном.
– Я на улице, – ответила Маша на его звонок. – Обернись, я за твоей спиной.
Маша поднялась ему на встречу. Олег подошел, обвел взглядом представшую ему картину – коляску со спящим ребенком, виляющую хвостом пушистую собаку и молча стоящую девушку.
Маше показалось, что он хмыкнул, во всяком случае, губы его сложились в мимолетную усмешку.
– Я понял, – сказал он, усаживаясь на скамейку. – Но, кажется, не увидел ничего, о чем бы не знал.
Маша присела рядом. Олег повернулся и пристально посмотрел на нее.
– Думал поехать на выходных в Выборг. Там у меня дела, заодно бы и прогулялись. Хочешь поехать со мной?
– Нет! – быстро ответила Маша. – Это было бы неудобно, и потом – у меня собака.
– Что ж, к следующему разу решим эту проблему. А сейчас отведи собаку домой и пойдем поужинаем. По дороге сюда я видел уютный ресторанчик. – С этими словами он встал.
Маша в растерянности смотрела на него.
– Не хочешь есть? – спросил он, глядя на нее сверху вниз, так как она все еще сидела на скамейке. – А я умираю с голоду.
– А как же Илюша?..
Олег бросил взгляд на ребенка.
– Бери его с собой, что за вопрос?
Маша встала, испытывая мучительную неловкость от всего происходящего. Неожиданно Олег взял ее за руку.
– Без перчаток. Ледяные руки. Поверь, это меня нервирует гораздо больше. Отведи собаку и возвращайся. Я подожду.
Пятничным вечером в ресторанчике оказалось довольно многолюдно. Им пришлось подождать, прежде чем освободился столик. Пока Олег делал заказ, Маша раздевала проснувшегося Илюшу. Затем она достала из объемной сумки бутылочку, слюнявчик и баночку с детским овощным пюре. Ощущая на себе взгляд Олега, Маша попросила официанта погреть на кухне пюре, вытащила Илюшку из коляски, посадила рядом с собой на диван и наконец взглянула на своего спутника. Тот задумчиво рассматривал ребенка. Маша почувствовала, что начинает нервничать. Ей совсем не хотелось отвечать на личные вопросы, но оттого, что у ее ребенка ярко выраженная азиатская внешность, такие вопросы возникали постоянно и неизбежно.