– Настя, уймись, какие кружева?
– Те, что надо! Все будет отлично. Чуть-чуть везения и глядишь – сдам тебя, наконец, в надежные руки.
Маша опять засмеялась и повернулась к окну, бросив небрежно:
– Ты безнадежна.
***
Последующие две недели Настя пребывала в состоянии ажитации. Она постоянно звонила Маше ради того, чтобы обсудить детали предстоящего визита и присылала ей фотографии возможных подарков, которые, по ее мнению, могли понравиться Олегу. Сначала Маша пыталась вникать, потом махнула рукой и решила не вмешиваться в бурную деятельность подруги, лишь однажды заметив, что слишком уж она старается ради обычной встречи. Настя принимала критику с невозмутимым спокойствием, а когда пришло время выбирать наряд к празднику, проявила, по Машиному выражению, все неприглядные стороны своего вздорного характера. Она явилась к ней с утра, приведя с собой Риту, находящуюся уже на последних неделях беременности, с тем, чтобы та посидела с Илюшкой, пока они с Машей «пробегутся по магазинам».
– Что ж ты, в самом деле, вытворяешь! – воскликнула Маша, когда ей был изложен план действий. Она стояла перед подружками в ситцевом халатике, с платком на голове и шваброй в руках, потому как только полчаса назад затеяла уборку.
Рита посмеивалась, а Настя велела Маше переодеваться и не «кипятить ей мозг» бессмысленной болтовней, поскольку времени мало, а дел много.
– Ладно эта заполошная, у которой шило в одном месте, но ты-то, Рита, о чем думала? Борис в курсе? Куда тебя понесло? Ты сейчас должна на диване лежать и ни о чем не беспокоиться!
– Девочки, вы просто милашки! Как бы я пропустила такое веселье? Правда, давай собирайся. Настя обещала держать меня в курсе, так что я тоже приму участие в шопинге. Предупреждаю, у меня не так много времени, так что лучше поторопись.
В немалом раздражении Маше пришлось отставить ведро со шваброй, в спешке собрать непослушные волосы, кое-как накрутив на голове хвост, и поехать с Настей. В воскресный день в торговых центрах народу было – не протолкнуться. Настя с упорством ледокола внедрялась в самую гущу толпы, цепким взглядом сканировала стеллажи и вешалки, время от времени выуживая что-нибудь интересное. Несколько раз Маша вполне была довольна выбором, но Настя, рассматривая ее в обнове, кривила губы, качала головой и в итоге возобновляла бег по магазинам. Через два часа интенсивного марш-броска Маша с досадой начала настаивать на возвращении домой, но Настя не принимала ее жалобы всерьез. Это выводило Марию из себя и наконец она сказала, что, если Настя сейчас же не остановится, они поссорятся, а к Олегу она пойдет вот как есть – в штанах и растянутом свитере.
Настя предложила перекусить. Маша нервничала и раздражалась, но еда и горячий кофе несколько примирили ее с действительностью, и, заглянув еще в несколько магазинов, они наконец купили то, что понравилось Маше и заслужило Настино одобрение.
Накануне дня рождения Олега Настя явилась к подруге с битком набитым рюкзаком. На немой вопрос она заявила, что останется на ночь и завтра поможет собраться, а еще – целый день проведет с Илюшкой, так как Маше уж точно будет не до этого.
– Моя мама приехала к Денискиным родителям, ну, ты понимаешь… Денис в командировке. Я провела с ними уже два дня. С меня хватит. В общем, лучше капризный, сопливый ребенок, чем свекровь и теща, а я между ними.
– Ты на Илюшу-то не наговаривай, – отозвалась Маша, забирая у нее тяжелый рюкзак. – Господи, что ты сюда напихала? И кстати, насчет сопливого ребенка. Если еще раз накормишь его конфетами в мое отсутствие и будешь позволять куролесить, тебе конец. После посиделок с тобой он становится совершенно неуправляем и потом еще полночи с ним на ушах стою.
– Иди к тете, милая кроша! – воскликнула Настя, раскрывая объятия Илюшке, который, едва завидев ее, подбежал к ней с радостным воплем. – Какая злая у тебя маманька! Думает, не знаю, как ты из нее веревки вьешь? Хах, конфетами я его накормила? А кто на последние копейки покупает ему все, во что только не ткнет этот милый пальчик? Смотри, избалуешь пацана, будешь потом локти кусать. Вот недаром говорят, что свекровки те еще… за сыночков трясутся!
– Так, ясно. Иди в комнату и падай в кресло. Клюквенной настойки хочешь? У меня есть.
– Откуда вдруг?
– Соседка подарила. Я тут помогла ей по мелочи. А она мне бутылку отдала. Сказала, не любит этих сиропов, другое дело – что-нибудь покрепче.
– С тобой уже бухлом расплачиваются, – Настя уселась в кресло, не выпуская Илюшку из объятий. – Эх, пьющая мать – горе в семье.