- Ларочка, здравствуй, можно мне войти? - голос Николая был тих и смиренен.
- Ну входи раз пришел, - Лариса сурово смотрела на парня, в душе вспыхивали фейерверки удовлетворенного самолюбия.
- Прости меня, - шепнул Коля, войдя в квартиру. Он обнял жену и стал страстно целовать любимое лицо, прижимая девушку к себе все сильнее и не чувствуя сопротивления.
- Тише, тише, Сережа спит, сейчас проснется, - отвечая на поцелуи и податливо приникнув к мужу, задыхаясь проговорила Лариса.
Николай подхватил жену на руки и понес в комнату. Через полчаса мир был полностью восстановлен. Даже Сережа не проснулся. Лариса набрала номер бухгалтерии, где работала мама, объяснила той, что приехал Коля, они помирились и решили ехать домой, на что Мария Семеновна ответила одобрительным “угу”. Сережа, увидев папу, радостно бросился к нему на руки, вызвав восторг у обоих родителей. Воссоединенное семейство с аппетитом пообедало, собрало вещи и чинно- благородно отбыло по месту жительства.
Плоды просвещения
Плоды просвещения
В первую неделю сентября Лариса отвела маленького Сережу в детский сад, со страхом ожидая истерик, слез и протеста со стороны сына. Но ребенок совершенно спокойно помахал маме ручкой и уверенно направился к игрушкам, с любопытством осматривая новых друзей. Лариса, облегченно вздохнув, быстренько вышла из здания и направилась к остановке - она решила не откладывать устройство на работу и прямо сегодня сходить в редакцию городской газеты, чтобы отнести резюме и поговорить с главным редактором.
Невзрачное серо-желтое здание удивило обшарпанными дверями и немытыми окнами, но Лариса, невзирая на неприятное впечатление, решительно шагнула внутрь и чуть не упала в полумраке , споткнувшись на лестнице. Застарелая табачная вонь плотно стояла в воздухе, в углах грязных ступеней валялись окурки, пыль и мусор. Лариса наугад повернула в коридор, пытаясь найти кабинет главного редактора, спросить было не у кого. Наконец где-то на этаже послышались голоса и девушка ускорила шаг, надеясь найти руководителя.
На двери обитаемого помещения - о, счастье! - было написано - “Приемная” , за столом сидела сильно накрашенная девица с сигаретой в зубах, на краю стола примостился лохматый тип в рваных грязных джинсах, тоже с сигаретой. Запах свежевыпитого спиртного, смешанный со старым перегаром, обладали убойной силой. У Ларисы даже голова закружилась. Парочка весело смеялась, отпуская пошлые шуточки и не обращая внимания на вошедшую. Дверь, ведущая в кабинет главреда была приоткрыта и Лариса, так и не замеченная труженниками пера, вошла.
Пустой кабинет ничем не отличался от остальной редакции - такой же грязный, неуютный и запах стоял как в тамбуре пригородной электрички. По плечу Ларисы кто-то похлопал, она оглянулась - давешний тип из приемной пьяно ухмылялся, демонстрируя неполный комплект зубов.
- Дэушка, вы чавой-то хотели? - кривляясь спросил “красавец”, - а я вот он! - разведя руки и раскланиваясь доложил он. - Как вы юрко проскочили, мы с Милкой даже не заметили такую птичку!
- Здравствуйте, я хотела поговорить с главным редактором по поводу работы, - сдерживая нахлынувшее раздражение, сказала Лариса, отстраняясь от “амбре” собеседника.
- Ну говорите, - плюхаясь в кресло, разрешил он, - диплом, чай, есть? Давайте, рыбка моя золотая!
Лариса протянула документы, уже жалея, что пришла в это сомнительное заведение и не зная что делать дальше. Она даже представить себе не могла как работать в таком странном и неприятном месте, испытывая стресс каждую минуту. Главред помусолил грязными руками диплом, одним глазом посмотрел на резюме, икнул и царственным жестом вернул документы Ларисе.
- Не, не надо нам никого, своих девать некуда. Вот была бы ты программистом, еще куда ни шло, сейчас все требуют на компе материалы готовить, а у нас работнички ни уха, ни рыла в этом ящике не смыслят. Так что, девонька, извини.
Он поднялся с кресла, сделал пару шагов в сторону засаленного диванчика и в изнеможении рухнул лицом вниз. Через мгновение высокохудожественный храп понесся из-под распростертого тела. Лариса вылетела из “очага культуры”, несколько минут постояла на улице, с жадностью вдыхая свежий воздух и в раздумьях побрела по улице, решая куда можно обратиться в поисках работы. Ей казалось, что она тоже вся пропахла смесью табака и перегара, надо было прогуляться, чтобы проветрить ум и одежду. Пройдя пару кварталов, Лариса обратила внимание на детей, выбегающих из здания школы, и , решив предпринять еще одну попытку, поднялась по ступенькам.