Кабинет оказался страшным. С тех пор, как сюда приходила Лариса, все обветшало и дошло до последней стадии разрухи. Игорь понял, что придется делать капитальный ремонт постепенно во всем здании и снаружи и внутри, чтобы не останавливать рабочий процесс. С трудом найдя среди хлама чистый блокнот, Игорь скурпулезно записывал все, что требовало ремонта и замены. В результате блокнот был заполнен целиком. Позвонив Андрею Александровичу, Игорь получил в помощники прораба с бригадой ремонтников, которые облазили все здание сверху донизу и составили свой перечень работ и материалов. Смету отправили на утверждение Андрею Александровичу и через пару дней, когда все было закуплено, в редакции начался долгожданный ремонт.
Сложнее всего было с заменой окон - на дворе стояла морозная погода. Двери кабинетов, где меняли окна, плотно закрывали, оперативно ломали старое и также быстро вставляли новое окно, чтобы не заморозить сотрудников. Всех попросили временно переехать в одно крыло здания, потесниться , и в авральном режиме, двадцать четыре часа в сутки, бригада возвращала измученному зданию достойный вид. Работали в три смены, прораб носился как метеор, контролируя каждый шаг рабочих, мастера работали наравне с сантехниками, малярами и плиточниками. За месяц левое крыло второго этажа сияло чистотой и свежестью. Народ ходил туда смотреть, как в музей.
Игорь тоже старался как мог, он начал возвращать обратно старые кадры, набирать новые, занимался закупкой компьютерной техники, печатного оборудования, мебели и других необходимых вещей для редакции. А главное - в течении месяца погасил всю задолженность по зарплате аж за три месяца, спасибо Андрею Александровичу, народ ликовал. К восьмому марта вновь принятый на работу снабженец закупил дамам цветы , на всю редакцию чашки и несколько чайников. Обрадованные женщины притащили гору своей выпечки и устроили чаепитие с танцами, отказавшись от шампанского. К спиртному после прежнего главреда относились с неодобрением.
За бесконечными хлопотами на неопределенное время отодвинулась работа над книгой об Оренбуржье, но Андрей Александрович отнесся к этому с пониманием и не торопил. Договорились начать собирать материал после окончательного завершения ремонта здания и полноценного запуска работы редакции, то есть, к концу весны. А пока Игорь приезжал в дом поздно вечером, с аппетитом уплетал все, что выставляла ему Валентина и падал замертво на кровать, чтобы рано утром опять ехать к своему детищу - возрождающейся из руин редакции.
Так белой чайкой пролетел март, теплым ветром подул и пропал апрель, май помахал на прощание черемуховой веткой и наступило лето. Окончание работ совпало с юбилеем и выходом на пенсию Виолетты Никаноровны , в течении пятидесяти лет работавшей в редакции. Ей исполнялось семьдесят пять. Банкет закатили роскошный, арендовали зал ресторана, приехал даже мэр города, учившийся в свое время в одном классе с дочерью Виолетты и даже в восьмом классе вздыхавший по ней. На место ответственного секретаря приняли опытную журналистку из соседней области, посулив ей льготный кредит на квартиру, а вернее, рассрочку, все от того же Андрея Александровича. Виолетте подарили путевку в санаторий, тончайшую белоснежную шаль и сертификат на немыслимую сумму в магазин бытовой техники.
Накануне юбилея в обновленной редакции провели торжественное открытие с дежурным перерезанием ленточки, величальными речами, громкой музыкой и важными гостями : мэр со всеми замами, директора градообразующих предприятий, и главным гостем - Андреем Александровичем, оставшимся весьма довольным увиденным. Он отечески хлопал по плечу Игоря, одобрительно улыбался, осматривая кабинеты, коридоры, технику, новых сотрудников за новыми столами. Щурился на сверкающую металлочерепицей крышу, поглаживал узоры балясин на крыльце и только что не мурчал, как сытый кот. На банкете пробыл ровно десять минут - поздравил Виолетту, пообщался с мэром и улетел на личном самолете, на прощание кинув Игорю - звони!