Этот момент был такой интимный, я не имела права слушать этот разговор, и не имела права видеть это.
Я тихонько отошла и поднялась к себе. Я даже не разделась и не умылась, просто легла на свою кровать. Похоже, уснула. Проснулась от того, что кто-то сел рядом со мной и погладил по голове.
Открыв глаза и привыкнув к темноте, я поняла, что это Эдвард.
- Что-то случилось? - спросила я.
- Я такой эгоист Белла, но ты нужна мне, пожалуйста, ты так мне нужна.
Он сидел, совершенно сломленный, плечи опущены вниз, голова склонена вперед.
- Тшш, всё хорошо.
Я не знала, что делать. Я села в кровати на колени, сзади него, и накрыв его спину собой, обняла за плечи и начала покачивать.
Я знала, что нам надо поговорить о многом, но не сейчас. И мы просто сидели вот так, раскачиваясь из стороны в сторону, а потом, он перевернул меня и положил нас на кровать. Я обернула свои ноги вокруг его, он крепко прижал меня к себе, его руки проникли под мой свитер, просто чтобы чувствовать мою кожу.
Я не понимала, как это работает, но это работало. Плоть к плоти, просто чувствовать сердцебиение друг друга, слушать дыхание, и ощущать мягкую тёплую кожу под руками друг друга. Это успокаивало и дарило покой. Но где-то глубоко, я чувствовала, что это покой перед бурей, и что она придет. Но, даже осознавая это краешком сознания, я не хотела отказываться от этих мгновений.
Глава 12
Утро, не смотря на холодную во всех отношениях ночь, полную печальных, грустных и выматывающих событий было на удивление теплым и светлым.
Эдвард так и остался со мной на всю ночь. Ничего не было, мы оба были не в том настроении, Эдвард был разбит всем тем, что было в кабинете, он не рассказывал, но я же видела, была там. Поэтому мы просто уснули, запутавшись в одеялах, и друг в друге.
Я проснулась и потянулась, разбудив его, от чего он заворчал, отвернулся от меня и уткнулся в подушку, пробубнив что-то.
Это было так забавно, вряд ли я видела его более милым, чем в эту минуту. Я представила, каким он был несносным подростком и ворчуном, когда Эсме будила его по утрам в школу. И я не сдержавшись, рассмеялась. Просто лежала рядом с ним, и смеялась во весь голос. Он оторвал свою голову от подушки и, прищурившись, оценивающе посмотрел на меня.
- Мне пора вызывать подкрепление в белых халатах?
От этого вопроса я начала смеяться ещё больше.
- Белла, ты чего? – уже серьезно спросил Эдвард.
Я посмотрела на него, такого сонного, волосы торчат, глаза прищурены. Я не знаю почему, но мне было так легко, после всего, мне хотелось смеяться и радоваться. Может это защитная реакция организма, или просто реакция. На него.
Я подвинулась к нему и потерлась носом о его.
- Ты меня смешишь, - продолжая улыбаться, ответила я.
- Ах, это я тебя смешу, - сказал он, и, схватив меня, прошептал на ухо.
- Давай проверим, как я умею смешить.
И он начал щекотать меня, его пальцы прощупывали мои ребра, пробегаясь во всей длине, от талии и выше. А я хохотала, я с детства любила щекотку, мама меня всегда так будила по выходным, и от этого всегда было хорошее настроение.
А я пыталась высвободиться из его рук, чтобы тоже пощекотать его, но не получалось. Всё что я могла – это просто извиваться и смеяться, почти до слез.
- Эдваааард, всё, прекрати, я больше не могуууу, - просила я его.
Он перекатился на меня, мы оказались поперёк кровати, лежали головами к окну. Он лёг на меня, и взяв моё лицо в руки, смотрел мне в глаза. А я и открытьто их почти не могла, щурилась от солнца.
- У тебя такие глаза Белла, они разные.
- И ничего они не разные, обычные глаза, - начала спорить я.
- А вот и нет, они не обычные, они меняются от твоего настроения. Сегодня они искрятся, от зрачка расходятся маленькие золотые черточки. Этот вариант мне больше всего нравится, - и он по очереди поцеловал мои глаза.
Я не ожидала прилива такой нежности от такого простого прикосновенияпоцелуя, у меня внизу живота всё затрепетало.
- Эдвард, - вздохнула я.
- А ещё мне нравятся твои веснушки, они такие милые, едва заметные. Мне кажется, они появляются у тебя на коже только в солнечные дни, словно хотят с солнцем поздороваться, - и он провел губами по кончику моего носа и по скулам. На это действие я издала какой-то непонятный звук.