Я не знаю, может, сказалось то, что я поспала в машине, или то, что вечер был слишком эмоциональным, но я никак не могла уснуть. Тут почти не было его личных вещей, наверное, потому что он сразу, как они переехали, переехал в общежитие университетское и домой приезжал только на выходные. На полках стояли его школьные фотографии с друзьями, несколько фотографий с Эмметом и Элис. Я думала, что может там будет какое-то фото с девушкой, но там его не было. Висело несколько грамот за участие в школьных олимпиадах по биологии и химии. Ровным рядом стояли книги и учебники. Из всех книг выделялся его выпускной школьный альбом. Я нашла его фото и прочла то, что там написано. Больше всего меня поразила надпись о будущем, о том, кем он хотел стать. Она написал одну фразу: «Я буду спасать жизни. Я буду врачом».
Наверное, тот подросток никогда бы не поверил в то, что он по собственному желанию бросит образование и станет почти затворником в лесах Канады.
Я спустилась на кухню взять стакан воды.
Но на кухню я так и не дошла, потому что в гостиной на диване сидел Эдвард. Он не спал, просто сидел и смотрел в пустоту. Он даже не слышал, как я к нему подошла и села рядом, потому что он вздрогнул и посмотрел на меня, у него опять был тот взгляд, как в тот день, когда разговаривал с Элис, словно не верил что я тут, что я реальная.
- Не спишь? – только губами спросил он.
- Не спится, - прошептала я,- можно я с тобой посижу.
- Конечно можно. Иди сюда.
Он поднял одну руку, приглашая подсесть ближе к нему. Я забралась с ногами, уткнулась головой ему под мышку, а он обнял меня за плечи, крепче прижимая к себе и целуя в висок.
- Я рад, что ты тут, - неожиданно сказал он.
- А я рада, что ты меня позвал. Спасибо за этот подарок.
- Ты о чём?
- Я встретилась с отцом. Так приятно видеть его таким расслабленным, в компании старых друзей. И я скучала по этой атмосфере вашей семьи.
- А ещё по маминому пирогу с корицей и орешками, - было темно, но я видела, как он улыбнулся, когда подняла глаза на него.
- Это я попросил Элис, чтобы она напомнила маме о нём. Просто, я помню, как ты любила этот пирог, когда гостила у нас.
- Иногда мне кажется, что ты знаешь слишком много информации, личной информации о моём детстве, - тихо засмеялась я, опустила голову ему на грудь.
- О, ты даже не представляешь, - подыграл он мне, и засмеялся, я не видела, но слышала, как трясется его грудная клетка.
- А ещё я скучала по твоему смеху, такому беззаботному и живому. Он вздохнул и крепче прижал меня к боку.
- Да, я тоже по нему скучал.
- Эдвард, давай больше не будем спорить, - уже серьезно сказала я.
- Да малыш, ты права.
Мы, молча, сидели в темноте, я обняла его обеими руками, а он обернул обе свои руки вокруг меня.
-Эдвард, - прошептала я, - можно я ещё чуть-чуть тут посижу с тобой?
- А кто сказал, что я тебя уже отпускаю.
Почему-то я улыбнулась. И уснула.
А утром нас разбудила Элис, и остаётся только надеяться, что нас не видели наши родители. Первое, что я услышала утром, было:
- Ребята, а Эммет-то прав, кое-что не меняется.
Глава 16 (От лица Эдварда)
В тот момент, когда я решил поехать на Рождество в родительский дом, я знал, что без вопросов и разговоров с их стороны не обойтись. В какой-то степени я мог понять их переживания. Я всегда останусь для них ребенком. Когда-то, я и сам мечтал о детях. Когда мы с Таней переехали в небольшую студию, этот вопрос не раз возникал в моей голове, но после всего, это чувство и желание исчезли. В голове появился другой вопрос. Зачем приводить в этот мир ребенка, которому будут делать больно, который будет страдать, разочаровываться в себе и в близких, ощущать пустоту и испытывать предательство людей? Я никому не хотел пожелать этого, тем более собственному ребенку.
Но, несомненно, я понимал, что нужно выводить себя из той дыры, в которую превратилась моя жизнь. И мне становилось лучше, мир словно начинал оживать, окрашиваться красками. Особенно когда рядом была она. Белла могла доводить меня до белого коления, но с ней не было скучно, я чувствовал себя живым. И хотим мы это признавать с ней или нет, мы привязываемся друг к другу. И мне нравится это, мне нравится просыпаться по утрам и чувствовать рядом с собой её тёплое тело, нравится наблюдать, как она читает, сведя брови, или как корчит рожицы, изображая посетителей бара. Она права, я не знаю, хочу ли я большего, хочу ли я превращать это во что-то более серьезное. Но и отпустить её я уже не в состоянии. Это очень эгоистично, я пользуюсь её силой, энергией, жизнью. Но, в любом случае, мы оба что-то получаем друг от друга. Я не очень понимаю, что она увидела во мне. Потому что я уже давно не видел в себе ничего, кроме зияющей пустоты внутри. Но она меняла меня, было глупо не соглашаться с этим, именно об этом мама говорила со мной в то утро.