Нехорошо смеяться над подругой… Хотя… Немножко можно.
Она сама в письме отметила, что, хоть и не любит работать в Кантине, этот город интересен ей как любительнице психологии: тут можно наблюдать рудиментарные типажи, не столь часто встречающиеся в Прайме.
Что ж… Удачи ей в ее наблюдениях. Хоть кого-то этот гнусятник чем-то привлекает.
Не только с праздно-исследовательской точки зрения. Но и с профессиональной. Она и Тиби как никто другие знают, как обратить местный словесный поток в свою пользу. Неофициально работать в городе словоохотливых для них будет почти удовольствием.
Инга и Тиби не преувеличивали: работать здесь в целом… сложновато. Инга просила его особо не впечатляться. Кажется, он справился. И даже может в чём-то собой гордиться.
Кайл усмехнулся, представив себе её лицо во время отчёта об этом «успехе».
Полный ноль добытого по официальным каналам в самом деле не впечатляет. Зато полная сумка добытого по неофициальным - может.
Тут была куча находу наспех сделанных заметок - обрывков, слухов, намёков разной степени достоверности, которые теперь предстоит оценить и собрать в единый пазл, и пара красиво украшенных мешочков вкуснейших сушёные овощи. Которые не виноваты, что их придумали и создали довольно ограниченные люди.
Да, это был тот самый позитив, который, как говорят, можно отыскать везде. Добытого здесь для него и… дражайших близких?..
Возможно. Хотя не факт, что он не съест почти всё ещё по дороге.
Разжиться большим количеством во избежание этого было бы неплохой идеей.
Однако дальше сувениров и поверхностного погружения в среду дело не зашло. Мешковатой кантинской одеждой он так и не обзавёлся — в этом не было ни смысла, ни эффективности. Скрытная работа не была его специализацией, да и не входила в задание. Его всё равно выдала бы осанка и выправка. Капюшонов в этой безветренной низине не носили. Но и в маскировке не было особой нужды. Пока праймец делал вид, что не понимает местного наречия, люди болтали при нём, не стесняясь. Даже вторжение в Архив не принесло бы столько информации разной степени ценности и достоверности.
Отличной идеей оказалось работать в тавернах. Когда находишься в городе, где лучше жевать, чем говорить, нужно правильно подбирать методы. Совмещать приятное с полезным.
Это решение родилось почти от отчаяния, когда официальные пути были наглухо перекрыты. После бесплодных визитов в Управление не оставалось ничего иного, кроме как махнуть рукой и отправиться в ближайшую таверну. Это был оптимальный компромисс между «не вести расследование вовсе» и «вести его, ибо задание есть задание».
Вот и «пришлось» пробовать местные деликатесы, попутно осуществляя рабочую деятельность насколько это возможно, попутно совершенствуя языковые навыки.
Такова жизнь. Почти всегда можно найти оптимальный выход. Если не зацикливаться на досаде. По крайней мере, в Прайме это работает. В других местах, вероятно, можно и позацикливаться — поводов хватает.
В щедром душой Кантине порции всего были большими, иногда даже чрезмерными. Относилось это как к общепризнанно вкусному рагу, так и к исторически сложившемуся, невкусному и необоснованному презрению ко всему чужому.
Поводив ушами в тавернах и на улицах, Кайл получил еще одно подтверждение: его знание кантинского было более чем приемлемым.
Насмешки, которые он слышал, не относились ни к его речи, ни к поведению, ни даже к нему лично. Они специально делали вид, что не понимают, и переспрашивали, лишь чтобы посмеяться. Здесь работали глубокие комплексы и шаблонное восприятие.
Культурная пропасть была велика, но не настолько, чтобы её нельзя было перешагнуть. При желании. Но ничего подобного здесь не наблюдалось.
Местные предпочитали радостно плескаться в своём недалёком чувстве превосходства над «слабыми». Под «слабостью» здесь понималась обычная праймская вежливость. Хотя в этом-то и заключалась главная сила — умение отказаться от части своих преимуществ в чью-то пользу. Это требовало развитого интеллекта и сильных душевных качеств. Вот уж где проявлялась настоящая разница культур.
Совершенно разные организации обществ. Вероятно, несовместимые. Об этом и говорили предрассудки, которые не могли объяснить всё явно.
Нет дождя без туч. Нет ветра без перепада давления. И все такое.
Видимо, не все праймские пословицы просто дурацкие и не все предрассудки беспочвенны. Однако, слепо доверять им тоже не стоит.
Опыт позволяет не повторять ошибок, но и не скатываться в ответное предубеждение.