Лира с интересом заглянула в тетрадь и спросила:
— Что это?
— Рецепты, — коротко ответил я, продолжая листать страницы.
— Где взял?
— В кладовой.
Я с силой захлопнул тетрадь и отложил в сторону. Лира тут же подхватила ее и стала изучать. А я — думать.
Похоже, для баланса энергий нужны специальные травы-мосты. Золотарник, видимо, и был тем самым «мостом». Но тут обязательно нужны растения первого ранга. Но их нет. Местная заварка чая с магией все больше походила на сложную смесь купажирования и алхимии. Из этих записей можно было вытянуть много полезного… если разобраться.
Но «трав-мостов» у меня все равно нет. Значит, связующим звеном должна стать сама энергия из моего собственного тела.
Чтобы убедиться, я мысленно обратился к Системе: «Могу ли я выровнять баланс энергий в чае с помощью своей собственной внутренней энергии?»
И замер в томительном ожидании.
[Для выравнивания баланса энергий носитель способен использовать свою внутреннюю энергию (требуются открытые каналы)] — выскочил текст.
Я тяжело вздохнул. Опять эти каналы. В этот самый момент пульсация Родника в моей груди резко усилилась. Связка сработала так, будто кто-то отпустил натянутую тетиву. Я почувствовал, что Рау приближается к лавке на невероятной скорости. Он был словно пущенная в полет стрела.
А через несколько секунд в открытое кухонное окно с громким шуршанием влетела серая тень.
Лира даже не вздрогнула, продолжая задумчиво читать тетрадь, — лишь мазнула по Рау цепким взглядом. Тот как раз приземлился на стол, тяжело дыша. Шерсть на его загривке стояла дыбом, кончик пушистого хвоста искрился. А от шерсти зверька пахло свежестью, сыростью и Лесом. Пушистые лапы его были перепачканы черной землей. Но этот чертенок был доволен. Очень доволен.
Рау разжал челюсти и выпустил на доски стола свою добычу — толстый мясистый стебель с широкими листьями и узловатыми корнями. Корень наполовину был обгрызен самим Рау, а на уцелевших кончиках слабо искрилась синеватая энергия.
Но первым делом я обратил внимание не на растение, а на самого Рау. И внутренне с облегчением выдохнул. Живой, мелкий, живой. Затем потрепал его за ухом, погладил жесткую шерсть, чувствуя, как успокаивается мое сердце. Оглядел со всех сторон на предмет ран. Но все было чисто.
— Ну как ты? — спросил я, посмотрев ему в глаза. Но тот дернулся, стряхнул с себя листики и травинки и привычно взлетел мне на плечо, зарывшись носом в волосы, тяжело дыша.
Пусть Рау не было от силы часа два-три, и я старался не переживать, но червячок сомнений и страха за него все равно ворочался внутри. Но зверек справился. А у меня в груди потеплело.
— Настоящий добытчик, молодец! — похвалил я его. — Я в тебе не сомневался.
Лира в этот момент оторвалась от книги и глянула на растение, лежащее на столе. По ее глазам я понял, что она только поняла, что случилось.
— Ты его в Лес отправлял? — тихо спросила она, не сводя взгляда с искрящегося корня.
Я просто кивнул.
— Но это ведь опасно… — начала она, но тут же осеклась.
Рау фыркнул, мол, чего я там не видел. И снова зарылся мордочкой в мои волосы, положив подбородок мне на макушку.
— Ну да, — улыбнулась Лира, но как-то строго. — Лес — его дом родной, конечно, но ты, брат, все равно будь осторожнее.
Я кивнул и потянулся к растению. Но почти сразу отдернул руку, когда-то ударило меня… током.
— А это растение с Дыханием, — усмехнулась Лира. — Похоже на второй ранг. Не трогай корень. Видно же, что он заряжен энергией.
— Тебе бы в наставники идти, — вернул я ей улыбку.
Лира только вздохнула и вернулась к изучению тетради.
А я взял наконец растение за толстый стебель. Корень искрится, но все остальные части выглядят вполне обычно, как у простой сорной травы.
Анализ! Мир дрогнул, сфокусировался на растении. А потом откатился обратно, не потратив на сканирование и грамма энергии.
[Растение 2-го ранга. Для анализа требуется Продвинутый Анализ (Необходимы открытые энерго-каналы)]
Я скосил взгляд на Лиру. Как это она так угадала? А потом потрепал Рау за ухом еще раз. Хорошее растение принес, только вот… Снова эти чертовы каналы! У меня аж скулы свело от раздражения. Всякому терпению есть предел, и мое уже подходило к концу. Я подошел к окну, прикрыл глаза, до хруста сжав стебель в кулаке, и стал думать.