Очаг на кухне еле тлел. Я подкинул сухих поленьев, раздул угли. Быстро достал из прошлой марвиновской корзины остатки крупы, похожей на бурый рис, решив заодно проверить одну свою теорию. Повесил на железный крюк над очагом котелок, но залил туда не обычную родниковую воду, а колодезную. Ведь если вода с энергией усиливает чай, то, возможно, и еда на такой воде станет более сытной и полезной?
Промыл крупу в обычной родниковой воде, чтобы не переводить ценный ресурс, засыпал её в уже закипающую колодезную. Для вкуса и пользы кинул туда же горсть сушёных ягод кислошипа и пару горстей темники. Встал у огня, неспешно помешивая варево деревянной ложкой. Когда каша загустела и захлюпала, плотно закрыл котелок крышкой и отодвинул на край, давая блюду дойти и распариться. По кухне сразу поплыл аромат сушёных ягод и лесного ореха от каши.
После этого стал быстро заваривать Лире «Лесной мотив». Согрел ещё колодезной воды в маленьком котелке с краю очага. Нарезал тонкими слайсами последний оставшийся кусочек корня лесного женьшеня. Отметил про себя, что в заначке остался ещё один целый корень — неприкосновенный запас. Размял в пальцах листья серебристой цедры. Они заметно подсохли, подвялились на воздухе, но их было ещё достаточно — на несколько заварок «Лесного мотива» точно хватит, ведь я собрал три полных пучка.
Подсохшие веточки золотарника в количестве трёх штук тоже были на месте, как и пара глиняных баночек с пряными бутончиками терпкоцвета.
Работая с травами, я вдруг обратил внимание на интересную деталь: растения с Дыханием, которые имеют хотя бы первый ранг, портятся и сохнут гораздо медленнее обычных. Удивился этому феномену и запомнил — в ремесле пригодится.
Залил все эти подготовленные ингредиенты горячей водой на основе базы из тёмного листа. Выждал нужное время, поставил дымящийся заварник, пиалку и чашку каши на деревянный поднос и понёс Лире.
Приоткрыв дверь, я замер. Лира сидела на своей циновке в позе лотоса. Спина прямая, дыхание ровное, лицо расслаблено, а волосы стекают золотым водопадом по плечам. Я сразу понял, что она медитирует, но вот зачем и почему именно сейчас — не имел ни малейшего понятия. Тинг в таких вещах не разбирался. Стараясь не шуметь, я тихо произнёс:
— Как закончишь, не забудь поесть.
Аккуратно поставил поднос рядом с ней. Девочка, не открывая глаз, медленно кивнула. И я тихо вышел, прикрыв дверь.
Медитация… Я задумался. Может, она в этом мире имеет практический смысл? Мне ведь нужно открыть каналы. Может, так они и открываются… Нужно будет поговорить с Лирой по этому поводу. Если она готовилась стать Связным, то и про путь Развития может знать. Но это тоже только после того, как она отдохнёт.
Вернувшись на кухню, сел на стул за рабочий стол. В голове стали крутиться мысли о восстанавливающих травах. Что я знаю и что у меня для этого реально есть? Темника сгодится как лёгкое общеукрепляющее. Немного серебристой цедры добавит ясности ума. Золотарник выступит идеальной алхимической связкой. Как основа — жёлтый или тёмный лист.
Это всё, конечно, хорошо, но для серьёзного восстановления этого категорически недостаточно. Мне нужно было что-то принципиально другое, травы с иными, глубокими свойствами. Но снова идти в Лес я не собирался — я чайный мастер, а не самоубийца. Хватит с меня.
Я перевёл взгляд на Минка. Парень в углу снова начал тихо бубнить в бреду. Вот был бы он сейчас на ногах, да была бы у меня та книга по травам, которую обещал занести Марвин… Тогда Минк принёс бы нужных растений, а я бы уже приготовил принципиально другие сборы, поэкспериментировал с балансом элементов. Но везде это «бы». Сейчас у меня такой роскоши нет. Работать предстоит с тем, что есть.
Я достал с полок другие травы, которые мы собирали ещё в первый день в Лесу с Минком. Стал их придирчиво перебирать. Обычные листья, простые ягоды, почки. И никакого Дыхания. Это я понимал даже без анализа и способностей Рау, который всё ещё носился по саду.
Эти травы могут сойти только за простую базу для заваривания, для вкуса, но и это не то. Так я ничего по-настоящему восстанавливающего не получу. А мне был жизненно необходим чай, который не просто разово взбодрит, как кнутом ударит, а даст восстанавливающий эффект, ну или лечащий.
Я потёр подбородок, рассуждая, что могу сделать как технолог, ведь знал о чайном листе много. И тут меня осенило. Ферментация!
Этот древнейший процесс не только позволяет надолго сохранить все полезные свойства чайного листа, но и кардинально меняет их химический состав — что-то усиливает, что-то делает слабее, а что-то меняет в корне.