Я сглотнул, по спине пробежали капли пота, а руки ослабли, едва не выпустив кувшин с водой. Только большой жизненный опыт не дал мне сделать шаг назад, хотя ноги предательски задрожали. Стараясь держать голос, я все же произнес, глядя Варгу в глаза:
— Ты же знаешь. Умрет моя сестра, и мне будет нечего терять.
Тот дернул щекой, явно уловив прозрачный намек. А я мысленно выдохнул. Ему не нужна моя смерть. Он пришел за деньгами.
— Ты где такой храбрости набрался, малец? — Варг прищурился, вглядываясь в мое лицо, словно видя меня впервые. — Раньше и рот открыть боялся.
Я выдержал этот тяжелый взгляд, чувствуя, как острый клинок царапает горло. И стал лихорадочно соображать, как бы выкрутиться из этой ситуации.
— За Второй Границей Леса, — хотел ответить я ровно, но голос слегка дрогнул. — Знаешь… звери, они ведь беседы не водят.
Варг приподнял бровь, скользнул взглядом по моей разорванной рубахе и окровавленному боку с подсохшей коркой.
— Однако. И как только не сдох, — хмыкнул он одобрительно и плавно убрал меч. Но тут же требовательно вытянул широкую ладонь: — Деньги, щенок.
Я мазнул по нему взглядом. На добротных сапогах дорожная пыль, накидка помятая, словно он на ней спал, а глаза уставшие, как после бессонной ночи.
— Ты наверняка с дороги. Отдохни немного, — негромко предложил я. — Дай мне помочь сестре, и мы спокойно поговорим о деньгах.
Варг с подозрением сузил глаза. Затем шумно втянул воздух носом, и его лицо враз изменилось.
— Что за вонь⁈ — Он огляделся, сделал несколько уверенных шагов к деревянной стойке и заглянул в соседнюю каморку, где рядом с очагом исходил паром котелок. — Ты в алхимию подался? Да ты же Пустой!
Варг хрипло рассмеялся. А я мысленно скрипнул зубами от досады. Мне бы такой чуткий нос, как у этого громилы.
— Просто бодрящий чай, — соврал я, стараясь не выдать своего волнения.
— Черт с тобой, щенок, — отпрянул он от стойки. — У тебя пять минут. Если не успеешь, я спалю тут все до основания.
Я благодарно кивнул и нырнул за дверь в комнату Лиры, где протяжно выдохнул.
Меня, как и утром, обдало волной невыносимого жара. Взгляд сразу же споткнулся о разбитый кувшин. А рядом с ним… мое сердце болезненно сжалось. Лира в бреду вдребезги разбила бесценное снадобье Марвина. И теперь светлая лужица медленно впитывалась в доски.
У меня внутри возникла тревога, но я удержал себя в руках.
Пусть лекарства больше нет, но… если я все правильно начал понимать, то, возможно, мой Отвар Укрепления поможет ей, как и мне. И неважно, что мой собственный Родник без него снова начнет терять энергию, приближая остановку сердца. Я не мог позволить умереть этой сильной, но больной девочке на моих глазах. А если Отвар не поможет, то тогда я побегу за Марвином. Иного выбора нет.
Я присел возле Лиры и поставил рядом кувшин с водой. Жар ударил в лицо с новой силой. Одно узкое окно совсем не справлялось с духотой.
Лира бредила и крутила головой из стороны в сторону. Ее коса совсем растрепалась, а пересохшие губы непрестанно шептали:
— Брат… прости… я виновата… прости…
— Тихо, тихо, — прошептал я, поглаживая ее по голове.
Затем аккуратно напоил ее прохладной водой, а после сменил высохший компресс. Но это не особо помогло.
Отвар. Нужен отвар. Это единственный шанс.
Я выскочил из комнаты и бросился к очагу. Варг проводил меня внимательным, изучающим взглядом, но на удивление промолчал. Он явно не так прост, как кажется с первого взгляда. Зачерпнув в чистую пиалу зеленоватой жидкости, я отметил, что в котелке осталось еще на пару порций, и вернулся к Лире.
Приподняв ей голову и приговаривая «Это лекарство, дорогая, пей, тебе полегчает», заставил по одному маленькому глотку выпить терпкую жидкость. И стал ждать.
Не сразу, словно нехотя, но отвар подействовал в связке с прошлым лекарством. Через пару минут Лире действительно стало легче. Жар стал спадать, хотя и не ушел до конца. Дыхание её выровнялось.
Вдруг ресницы ее дрогнули. Она приоткрыла замутненные глаза, с трудом сфокусировалась на мне и едва слышно прошептала:
— Спасибо, брат…
Ее веки снова опустились, и она провалилась в сон. А мне стало совсем не по себе. Она ведь не знала, что ее брат мертв, а его тело занял чужак.
Я откинул эти мысли прочь. Уже ничего не изменить. Главное, что отвар действительно помог. Значит, мое ремесло еще пригодится.
Аккуратно положив смоченную в воде тряпку на лоб Лире, я мысленно собрался и вышел из комнаты.
Варг сидел на уцелевшем стуле, бесцеремонно закинув ноги в пыльных сапогах на мой стол. И лениво игрался с ножом, кидая его в воздух. Подбросил, поймал, подбросил, выждал вдох, поймал. Каждая деталь его позы буквально кричала, что он считает себя хозяином положения и этого места.