Алхимии для полноценной стабилизации у меня нет. Значит, мне нужен либо Рован, который сам сказал обратиться к нему, если что, либо же… чай с мощным стабилизирующим эффектом.
Я мысленно провел ревизию запасов, и выходило, что осталось четыре порции лекарства для Лиры. Мелькнула мысль: использовать одну порцию настоя, смешать ее с чаем с нужным эффектом и попробовать стабилизировать свой Родник прямо сейчас. Но я тут же откинул эту мысль. Нет. Я не имею права тратить Лирины лекарства на свои эксперименты, рискуя просто испортить дорогое снадобье.
С другой стороны, мне нужно открыть всего пару каналов в руках. Может, Родник выдержит это небольшое давление без стабилизации? Опасно. Может и не выдержать и дать Трещину…
В этот момент послышались легкие шаги. Минк подошел к беседке и прислонился спиной к деревянной балке. Молча сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что все слышал и продолжает внимательно слушать. Рау, сидевший у него на плече, тут же перепрыгнул на колени к Лире. Девочка ласково погладила серебристую шерстку и, кивнув на Минка, тихо спросила у меня:
— Он знает?
Я на секунду задумался и кивнул. Лира перевела взгляд на меня и уверенно сказала:
— Не волнуйся, брат. Я уверена, что ты справишься с раскрытием каналов. У вас с Рау очень крепкая Связь. Духовный зверь поможет твоему Роднику справиться с напряжением.
— Спасибо за веру, Лира, — искренне поблагодарил я, кивнув. Но про себя решил твердо: лучше перестраховаться. Сначала я попытаюсь сделать чай со стабилизирующим эффектом самостоятельно. А уже потом буду пытаться открывать каналы в руках.
— А как именно проталкивать энергию? — спросил я. — Что для этого нужно делать конкретно?
— Тут нужно сосредоточиться на пульсации Родника, — стала объяснять Лира то, что слышала сама. — Ты должен уловить его биение. Затем нужно усилием воли сжать энергию в плотный поток и направить его сквозь мышцы и кости вместе с толчком Родника. Может быть жжение в руках, но это вроде нормально. Но не дави резко, иначе повредишь канал. Открывай канал постепенно, плавно подавая энергию, пока путь до ладоней не станет свободным. Бабушка говорила, что можно представлять, что это ручеек, который пробивает себе забитое русло.
Я внимательно слушал, запоминая каждую деталь, и задавал уточняющие вопросы. Лира терпеливо отвечала, если знала ответ, а если нет, то строила вполне логичные догадки.
— А Рау? Это никак не помешает нашей Связи?
Лира покачала головой.
— Наоборот. Он тот, кто будет тебе подсказывать. Не думал же ты, что только из-за зверя Связные становятся элитными воинами? Нет, во многом благодаря зверю они быстрее других открывают каналы и становятся сильней.
Я кивнул и заметил, что солнце поднялось уже довольно высоко, заливая сад ярким светом.
— Спасибо, Лира, — улыбнулся я ей и обратился к Минку. Мой голос стал серьезным. — Друг. Все, что ты здесь узнал, — это большой секрет. О том, что я открыл Родник и стал Связным, никто не должен узнать. Надеюсь, ты это понимаешь.
Парень, который снова стал похож на взрослого, мрачно кивнул.
— Я могила, дружище.
Лира, до этого задумчиво поглаживавшая Рау, вдруг спросила:
— Значит, ты не собираешься в Академию?
Я снова тепло улыбнулся.
— Нет. Я чувствую, что мое призвание — чайная.
Минк удивленно вытаращил глаза.
— А как же Лес? Редкие травы, заказы? Ты же теперь восходящий! Мы даже, может, сможем ватажниками стать!
Лира по-доброму усмехнулась, глядя на озадаченного парня.
— Чай — это то, что мне стало по-настоящему нравиться, Минк, — ответил я, встав и похлопав его по плечу. — А за травами в Лес будешь ходить ты. Но до этого мы починим эту дырявую крышу, прочистим дымоход и выровняем вывеску, — я указал на лавку рукой. — А еще ты изучишь травы.
— Чего? Я ж не разбираюсь в них! — возмутился он. И выглядел при этом так, будто и не провалялся в глубоком сне с раной в боку пару дней.
Я еще пару раз похлопал его по плечу и посмотрел на Лиру, которая выглядела удивительно умиротворенной.
— Отлично, — произнес я. — Отдыхайте, а я займусь делом.
Оставив Лиру и хлопающего глазами Минка в беседке, я вместе с Рау на плече направился обратно на кухню. Нужно было проверить, как там моя ферментация. И что теперь мне может сказать зверек по поводу энергий в растениях.
Горшок, стоящий на камне у очага, был все еще теплым, а угли в печи ровно тлели. Открывать я его пока не стал, времени прошло еще мало. Но запах уловил. Он стал глубже, тяжелее. Землистые нотки усилились, и появилось что-то обжигающее…