[Получено новое знание]
[Жарница. Ранг 1]
[Вероятный тип Дыхания: Огонь]
…
Я перелистнул страницу. Вчитался в новый текст, разбирая построчно.
[Получено новое знание]
Пять минут и следующее растение. И еще. Потом еще.
Записей было еще полно. Травы Первой Границы, часть Второй, какие-то старые алхимические пометки, значки времени сбора, способы сушки, предупреждения на полях.
Постепенно я начинал понимать их, некоторые пометки повторялись, сокращения тоже. Дело пошло живее. Иногда на страницу уходило по десять минут, а иногда две-три. А страниц этих было много. Я разбирал строки, а система вносила их в базу данных, но я и сам пытался запоминать.
Не все растения подходили для чая. Нет, даже не так… Большинство не подходили для чая. Лишь единицы имели более-менее понятные свойства.
Вскоре в комнате Лиры посветлело, а я все разбирал почерк старого алхимика и разбирал.
В глаза будто песка насыпали. Они стали слезиться от напряжения. Голова отозвалась тупой болью в висках, но я погрузился в процесс, дорвавшись до знаний. Десятое растение, двадцатое, тридцатое… Я запоминал все. Время сбора, свойства, особенности, как выглядят, где произрастает, если такое встречалось. Читал, разбирался, а система фиксировала…
Но потом голова разболелась слишком сильно, и я замер на очередном непонятном растении, которое не мог разобрать уже минут двадцать. Вздохнул, потер виски и с сожалением отложил тетрадь.
Солнце уже вовсю светило. Утро подходило к концу. Лира мирно спала, и жара от нее не ощущалось, хотя после ночного приступа лицо у нее осталось бледным, а губы были сухими. А вот Рау уже не спал, но лениво валялся рядом с Лирой, будто сторожевой пес.
Я поднялся, чувствуя, как меня немного ведет в сторону, размял ноги и пошел на кухню. Выпил колодезной воды, от которой появилось покалывание на языке.
Развел слабый огонь и стал готовить кашу. Крупы осталось мало, пришлось вытряхивать из всех мешочков остатки. В итоге каша вышла жидкая, но это было не проблема. Такую Лире даже есть проще будет.
Только она все никак не просыпалась. Я заварил ей «Спокойную гладь». В этот раз с внутренней энергией, несмотря на то что каналы слегка жгло, но никакого ощущения элементов не было. Из-за усталости, наверное. Затем я аккуратно накормил ее несколькими ложками каши и напоил чаем.
Время уже клонилось к обеду, когда я закончил. И даже накормил Рау подсохшей ягодой темники. Думал, что скоро придет Минк, но его все не было и не было. В груди стало ворочаться неприятное чувство, будто с парнем могло что-то случиться. Но мне оставалось только сидеть и ждать.
Ведь просто взять и уйти я не мог. Не после такого сильного приступа Лиры. Он мог повториться в любой момент, и оставить ее одну было бы верхом идиотизма. Как назло, Марвин тоже где-то запропастился. Он, конечно, вообще не говорил, чем он будет заниматься и когда придет, но сейчас меня это слегка раздражало.
Поэтому я снова сел за тетрадь, но уже в зале, только не успел разобрать даже одной страницы, как дверь отворилась.
Я поднял голову, ожидая Минка, однако в зал вошли двое чужих мужчин. Сапоги у них были в пыли и хвое, на полу сразу остались грязные следы. Один прихрамывал, держась за короткое копье, а на бедре у него была потемневшая от крови повязка. Второй поддерживал его под локоть, хотя сам выглядел немногим лучше.
— Хозяин, — сказал тот, что держал товарища, хрипловато, без наглости. — Попить бы. Нам до города еще дойти надо, а ноги уже не держат. У тебя, говорят, настои есть.
Говорят? Похоже, слухи о чайной уже пошли. Это хорошо, но плохо то, что у меня еще нет поставщика. А время уходило. Мне срочно нужно было нарабатывать репутацию и договориться хотя бы с Хорком. Как только придет Минк, так сразу и пойду.
Хромой опустился на ближайший стул, не дожидаясь приглашения, и вытянул ногу, потирая ее рукой. Его товарищ упал рядом.
— Мы по алхимии пустые, еле от зверя ушли, сил больше нет… — выдохнул хромой, морщась от боли.
По виду они были похожи на ватажников, которые и правда не так давно с кем-то сражались. Я недолго рассматривал их. Сборщики — отличные клиенты, пусть и неожиданные.
— Сейчас будет. Подождите, — встал я из-за стола, убирая тетрадь с травами, и ушел в кухню.
Для придания сил, значит… Заваривать Лесной мотив для таких ребят было бы слишком расточительно. Женьшень заканчивался, а нового у меня не было. Поэтому выбрал «Хвойный мотив». Взял темный лист, терпкоцвет, золотарник, который тоже уже подходил к концу, ведь использовался во многих рецептах, и несколько листов подсохшей серебристой цедры. Воду взял колодезную, однако каналы не трогал. Воду залил не сильно горячую, даже теплую. Для нежной цедры этого было достаточно.