— Меня упоминал? — спросил он задумчиво.
— Мельком, — не стал вдаваться я в подробности, несмотря на то, что Хорк советовал рассказать Марвину о моей Связке.
— Вот же старый ублюдок, никогда не делает того, что может принести ему хоть каплю убытка, — Марвин сплюнул на мостовую и указал пальцем в сторону городских ворот. — Разворачивайся. Пойдем в лавку, я как раз туда иду.
Рабочие синхронно кивнули мне, один из них даже коротко улыбнулся, показывая щербину между зубами, но тут же стал серьезным под взглядом своего напарника.
— Мне нужно на рынок, — возразил я, чувствуя, как в животе начинает неприятно урчать от голода. — Запасы почти закончились, Лире нужно нормальное питание, а у нас только каша на воде осталась.
Марвин снова нахмурился, его рука потянулась к плечу, где висела объемистая корзина. Он скинул ее с себя одним резким движением и всучил мне в руки. Я едва успел ее подхватить, а старик уже махнул рукой мужикам, и те потянули лошадь с телегой следом. Из корзины пахнуло копченым мясом и свежим хлебом.
— Вот твоя еда, — бросил он на ходу. — И немного сушеных трав, которые я смог достать по дешевке. Нечего тебе на рынке делать. Или у тебя времени свободного полно?
Деревянные колеса, обитые железом, неприятно заскрежетали по каменной мостовой, лошадь дернула ушами, и вся эта процессия потянулась по улице, заставляя прохожих огибать ее с краев. Я заглянул внутрь корзины, где лежал большой каравай, кусок соленого сала, несколько мешочков с крупой и прочие продукты, а поверх этого — обычные мешочки с травами.
Опомнившись, я закинул корзину на плечо и быстро догнал Марвина.
— Спасибо, — сказал я, но старик только бородой повел.
Мы шли по главной улице, которая вела к трущобам, и я заметил, что люди реагируют на старика по-разному. Какой-то кузнец, стоявший у горна, уважительно кивнул, когда Марвин прошел мимо, однако двое хорошо одетых мужчин в длинных кафтанах, похожих на гильдейские одежды, как у Варга, брезгливо поморщились, проходя рядом.
Марвин же шел и смотрел вперед, туда, где за крышами окраинных домов уже виднелась темная стена Сумеречного Леса.
Понятно, что репутация у бывшего главы была неоднозначной. Для простых ремесленников он оставался мастером, который когда-то имел вес, а для тех, кто сидел в высоких кабинетах — павшим алхимиком, от которого лучше держаться подальше.
Когда мы уже прошли через трущобы и поднимали пыль по тракту, мне в голову снова полезли слова Хорка, который советовал рассказать о Связке Марвину. Но я еще не решил, стоит ли это делать, ведь понятия не имел, как на это отреагирует старик. Сзади о чем-то своем болтали рабочие мужики. И я решил, что если и говорить об этом, то точно не на людях.
— С Хорком я понял, — вдруг сказал старик. — Но что насчет Нагии? Ходил к ней?
— Нет еще. Думал, что со старым ватажником будет договориться проще. Теперь вот не уверен, станет ли вообще Нагия слушать меня, — признался я, вспоминая вид ее торгового обоза.
Марвин коротко хмыкнул.
— Сдаешься?
Один из рабочих сзади потянул лошадь за узду, и телега загрохотала по камням громче.
— И мысли не было, — нагло улыбнулся я.
— Хорошо, — спокойно ответил старик и вытер потный лоб рукавом. — Нагия не Хорк. Она ценит мастерство, я тебе это уже говорил. Если покажешь, что можешь, то она заинтересуется.
— Почему вы так уверены? — прищурился я, поправляя тяжелую корзину за спиной.
— Она, в отличие от Хорка, которому природа даров отсыпала, — поморщился старик, — она поднялась из трущоб.
Я присвистнул. Вот это да.
— Чем-то она похожа характером на Лиру, — добавил старик, а я понял, что это только усложнит разговор с ней. Но раз она понимает, что значит быть нищим и пытаться пробиться наверх, может, и правда удастся договориться.
— А почему бы вам не пойти со мной? — спросил я, глядя на хмурое лицо Марвина. — Ваше слово для нее явно поболее значит, чем слово мальчишки.
Марвин резко остановился, из-за чего телега едва не наехала на него. Рабочие замерли. Старик повернулся ко мне, а его глаза сузились.
— Потому что это нужно тебе, — сказал он низким, неприятным голосом.
Я оскалился.
— Не только мне, Марвин, — ответил я так же тихо, смотря ему в злые глаза. — Думаешь, я не вижу, что тебе это важно не меньше моего?
Марвин дернул щекой в раздражении, скосил глаза на прислушивающихся мужиков и рявкнул:
— Чего уши развесили⁈ Времени полно у вас?
Один из рабочих хмыкнул, потянул лошадь за собой, и второй последовал за ним. Телега снова загрохотала колесами. А Марвин повернулся ко мне и уже спокойнее произнес: