— Уважаемый Тинг, вы здесь? Могу ли я переговорить с вами?
Я сразу напрягся, потому что голос был мягким, почти вкрадчивым, и совсем не походил на грубые голоса ватажников или ремесленников, к которым я привык за это время. К тому же так уважительно ко мне обращались лишь раз, и это был посыльный мальчишка Тим.
С досадой поднявшись с циновки, вышел в зал, чувствуя, как внутри ворочается нехорошее предчувствие.
В дверях стоял щуплый, но весьма представительный мужчина, чуть полноватый, одетый в дорогой кафтан, который явно не предназначался для долгих прогулок по пыльным дорогам. Его обувь и отвороты штанов были изрядно запылены, что смотрелось нелепо на фоне общей опрятности, а на груди я заметил эмблему с изображением высокого здания. Память Тинга мгновенно подсказала — это знак городского Совета.
Я нахмурился, не понимая, что такому человеку понадобилось в моей лавке. И как назло, Марвина нигде не было видно — ещё не пришел. Без него разобраться, что это за тип, было сложно, но по его виду я бы предположил, что это точно не член Совета, а какой-то исполнитель или мелкий чиновник. Я мысленно споткнулся… а может, этот тип пришел именно потому, что здесь нет Марвина?
— Доброго дня. Желаете чаю? — начал я, останавливаясь за новой стойкой и стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
Задержавшись изучающим взглядом на новой стойке и полках, мужчина закончил осматривать зал, после чего уставился на меня. И в его глазах было что-то хитрое, но спрятанное глубоко внутри…
Не нравишься ты мне, мужичок… мутный ты какой-то.
— Нет, благодарю, я ненадолго, — он улыбнулся, но глаза его оставались холодными и расчетливыми. — Только поговорить хотел, но вот от пиалы прохладной воды не откажусь. Видел у вас во дворе колодец, а на улице сегодня такая жара, что горло сушит.
Он прошел к ближайшему столу и присел, небрежно махнув рукой в сторону окна, а я внутренне усмехнулся. Воды ему захотелось, значит, и именно из колодца. Сразу стало понятно, чей это человек и зачем он на самом деле пришел. Кое-кто решил, видимо, убедиться в своих предположениях касательно источника в колодце.
— Минутку, — ответил я и ушел на кухню, где взял чистую пиалу и наполнил её из отдельного кувшина с родниковой водой, которую набрал еще с утра.
Я вернулся в зал и поставил воду перед мужиком, который в это время нетерпеливо барабанил пальцами по столешнице. Он кивнул, взял пиалу и сделал первый, очень осторожный глоток, словно боялся обжечься или отравиться. А потом, после первой пробы, осушил посуду наполовину, и на его лице на миг промелькнула тень недоумения, смешанного с сомнением, но он быстро взял себя в руки.
Я заметил эту заминку и снова усмехнулся про себя. Понятно, что он не почувствовал того, на что рассчитывал, потому что вода-то была обычная, из ручья. Не думал же он, что я и в самом деле налью ему колодезной?
— Как я могу к вам обращаться? И о чем именно вы хотели со мной поговорить, уважаемый? — спросил я, складывая руки на столе.
Мужчина достал из кармана накрахмаленный платок и аккуратно вытер вспотевший лоб.
— Меня зовут Иглис, — он прокашлялся и заговорил торопливо, сбивчиво, словно был чем-то напуган, но я не был бы собой, если бы не заметил, что это всего лишь роль, которую он усердно отыгрывает. — Как вы могли заметить, я представляю городской Совет, и направила меня к вам лично госпожа Мирей Арден.
Иглис сделал паузу. Видимо, чтобы я проникся. Пришлось подыграть и сделать вид, что искренне удивлен. Расширив глаза и приподняв брови, хотя внутри оставался спокоен, уточнил:
— Не понимаю, что могло такой уважаемой госпоже потребоваться от скромного мастера чая?
При этом постарался выглядеть максимально наивно, ведь в эту игру можно играть вдвоем.
А сам в это время думал, какого странного переговорщика отправила эта женщина. Иглис больше напоминал мне мелкого офисного клерка из моего прошлого мира, чем серьезного посланника. И зачем это ей? Не пришла сама, потому что боится лишней огласки или не хочет светиться раньше времени? Вполне возможно. Но даже Варг на фоне Иглиса выглядел куда более внушительно. Хотя, может, в этом и был расчет — прислать того, кого я не восприму всерьез.
Иглис тем временем поставил пиалу на стол и заговорил более уверенно:
— Вы ведь знаете, уважаемый Тинг, что сейчас началось движение Границ, и госпожа Мирей, как и любой выдающийся алхимик, крайне заинтересована в стабильном сборе редких трав, и ей нужно подходящее…
— Уважаемый Иглис, — не дал я ему закончить, — если у вас есть конкретное предложение, то говорите прямо. Моё время сейчас очень ценно, и мне недосуг слушать долгие вступления.