Я не удержался и потёр переносицу.
— Месяц назад ты три дня без сознания лежала.
— Месяц назад я была Треснутой, а теперь я Восходящая второго ранга и хочу тренироваться.
Уловив мой взгляд из-под ладони, Лира поспешно добавила:
— Мне нужен наставник. Это неизбежно, брат. Я пока не умею толком управлять своей силой и могу навредить кому-нибудь. Или себе.
Она развернула ладонь вверх, и над пальцами собрался крохотный прозрачный кристалл, покрутился и растаял, оставив на коже каплю воды.
Лира подалась ближе и понизила голос:
— И ещё Марвин говорил, что там могут помочь Связному найти духовного зверя.
Я медленно повернулся к старику, но тот сразу поднял обе руки.
— Сам разбирайся со своей вредной сестрой! Я только сказал, что у некоторых школ бывают связи с Академией. Всё!
Лира выпрямилась и посмотрела на меня уже без улыбки.
Была у неё мечта… Ещё до того, как я оказался в теле её брата, она хотела раскрыть свой талант, знала о Связных больше Минка и меня вместе взятых, хранила бабушкины записи и умела успокаивать Рау, когда тот не слушался никого. Только Трещина не оставляла ей никакого шанса, но теперь…
Я тяжело вздохнул. Знал ведь, что так случится, знал и… даже рад. Это для меня чай — мечта, а для неё — и правда клетка, пусть и золотая.
Лира улыбнулась, всё поняв по моему лицу.
— Хорошо, — сказал я. — Но сначала Эрдан должен тебя осмотреть ещё раз.
— Спасибо, брат. — Её улыбка стала ослепительной.
А Марвин хмыкнул:
— Не везёт тебе, рыжий.
Минк замер с пучком трав в руках.
— Чего это мне не везёт?
— Будущая жена в боевые искусства собралась. А я по опыту знаю, — старик подмигнул ему, — что от такой можно получить по самое не балуй.
Пучок выскользнул у Минка из рук, но Рован успел поймать его возле самого пола.
— К-как… какая ещё жена⁈ — выпалил Минк, покраснев до ушей.
Лира тоже вспыхнула алым, как помидор, забыв, как дышать. А потом её голубые глаза блеснули льдом, и по краю стола пополз иней.
— Марвин! — прошипела она, пытаясь улыбнуться, но вместо улыбки получился оскал.
Старик посмотрел на замерзающую стойку и отодвинул бурдюк подальше.
— Вот о том и говорю, рыжий. У меня всё так же начиналось.
Рован не выдержал, захохотал так, что окна задребезжали, и даже Варг усмехнулся в пиалу.
Так проходили дни.
Утром — завтрак, медитации Лиры, тренировки Минка и открытие лавки, которая к полудню уже была набита торговцами, «Волками» и обычными городскими жителями. Первые дни ещё заходили Ищейки, но всякий раз уходили ни с чем, а потом показываться почти перестали.
Минк уходил с Рованом в Лес или помогал нам в саду, который Лира решила во что бы то ни стало облагородить перед поступлением в школу.
Сам Рован продолжал возиться с зельем «Согласования». Однажды вечером он заявился ко мне с толстой тетрадью и небольшой склянкой мутной жидкости, поставил её на стойку и сообщил:
— Это стабильная проба. Будешь пить малые дозы и делать совместные медитации с духовным зверем. Состав должен постепенно укрепить вашу Связку, пока Рау ещё детёныш.
— А дальше? — спросил я, рассматривая склянку.
Рован почесал бороду.
— Дальше посмотрим. Большинство Связных сходит с ума на третьей стадии потому, что взрослый зверь оказывается слишком сильным. Но если укреплять связь сейчас, пока Рау не вырос, то в будущем у вас может оказаться больше шансов сохранить себя.
— Может?
— Может, — повторил Рован. — Это мой новый состав, Тинг, а не откровение Бессмертных.
Я начал принимать зелье по разработанной им схеме. Порой меня неслабо скручивало, зато система каждый раз фиксировала укрепления Связки, да и я сам постепенно начал ощущать это. До третьей стадии было ещё далеко, и торопиться туда я не собирался.
Помимо этого, мы вернули долги Доглу и людям Зорга, а с Савелией рассчитались почти полностью. Высокий камень Варгу я тоже попытался отдать, но тот посмотрел на протянутый мешочек, напомнил о моём обещании и потребовал чай.
Теперь любой чай в «Приюте Ветров» для него был бесплатным. Как я сам и предложил в тот день.
Оставались знакомые Марвина и Рован, который при слове «деньги» начинал требовать ещё чаю.
А по вечерам я выходил в беседку, крышу которой наконец починили братья Ворс. Кривые доски заменили, провалившийся угол укрепили, и теперь здесь можно было сидеть даже во время дождя.
Я разложил на столе травы, чайник с кипятком, пиалы и гайвань, а сам устроился на скамье.
В свете заходящего солнца в саду работали Лира с Минком. Парень перекапывал старые грядки, а Лира стояла рядом с дощечкой и объясняла, что и куда она планирует посадить и почему чахлые чайные кусты нельзя выбрасывать.