Минк осторожно, исподлобья, покосился на меня, мол, нормально с ним всё? А затем сглотнул.
Я же только добродушно улыбнулся ему и, шагнув к Ровану, хлопнул его по широкому плечу. Ничего не сказал. Да и что тут скажешь.
— Так я… справился? — выдавил Минк, всё ещё не веря.
— Ой, глупый, — улыбнулась Лира. — Иди хоть умойся, победитель.
Глава 7
Я замедлил Циркуляцию, провёл остаток энергии через левый канал и только после этого разомкнул ладони.
[Резерв Родника: 125/125]
Система показывала полный запас, каналы больше не горели, а жар, сваливший меня позавчера, ушёл почти полностью. В руках ещё держалась слабость, поэтому сегодня я собирался работать осторожнее, но работать надо было.
Открыв глаза, я немного размял затёкшую шею, после чего снова сосредоточился, но в этот раз уже на Связке.
Рау находился в Лесу.
Через него я ощутил мокрую траву и запах леса. Зверёк крался следом за Минком и Рованом, держась в стороне от тропы, и его переполнял азарт преследования. Для него это была игра, забава, развлечение…
Иногда до меня доходили короткие образы. Вот сапог Рована наступил на прогнившую ветку, и та сухо хрустнула. Вот Минк присел у куста, разглядывая листья, а потом получил лёгкий подзатыльник от алхимика, когда потянулся к растению голой рукой.
Рау замирал вместе с ними, прижимался к земле, а потом снова двигался следом.
Рован уже дважды оборачивался в его сторону. Каждый раз зверёк успевал спрятаться в высокой траве и пережидал, пока здоровяк продолжит путь. В эти минуты от Рау приходила особенно сильная радость, из-за чего я досадливо сжимал кулаки.
Сколько бы я ни требовал его вернуться, он меня игнорировал. Дёргал ушами, лениво шевелил хвостом и продолжал красться за людьми.
— Паршивец, — пробормотал я, растирая переносицу.
Прошлой ночью он домой вообще не явился. Я несколько раз просыпался и проверял Связку, а Рау спал где-то в Лесу, забравшись на высокое дерево. Сейчас он прекрасно чувствовал моё недовольство, поэтому держался подальше. И слава местным богам, которых называют Бессмертными, показываться Минку с Рованом тоже не собирался.
Я последил за ним ещё немного, убедился, что все трое остаются на Первой Границе, после чего ослабил внимание к Связке и тяжело выдохнул.
Как воспитывать этого зверя, я уже совсем не понимал. Приказы он исполнял через раз, запреты воспринимал по настроению, а поймать его можно было только тогда, когда он сам этого хотел.
Надо поговорить с Хорком. Его старый рау слушался хозяина с одного взгляда, а сам старик наверняка помнил, каким зверь был в молодости. Может, подскажет хоть что-нибудь полезное.
Ещё у Лиры хранилась тетрадь бабушки, где говорилось об уходе за духовным зверем. Только с воспитанием там было пусто. Как кормить, где держать, на что обращать внимание во время Связки — это бабушка записала подробно. А вот приказы и наказания она почему-то обошла.
— О себе он и без нас позаботится, — проворчал я, поднимаясь с циновки. — Лучше бы написала, как заставить его слушаться.
Из зала донёсся требовательный стук пиалы о стол, и Марвин сразу рявкнул:
— Тинг, долго мне тут одному вертеться?
Я взял ухватку, проверил чайник у очага и вышел в зал.
Утро выдалось прибыльным. За ближайшим к двери столом сидели трое «Волков», которые перед походом в Лес заказали большой чайник Усиливающего Сбора и уже спорили, кому достанется последняя пиала. Они заплатили шесть средних монет, причём Бер долго ворчал из-за цены, хотя мешочек на стойку положил сам.
У окна устроились двое торговцев, направлявшихся в город с тканями. Они выбрали «Лесной Мотив», а один после первой пиалы начал расспрашивать, правда ли Нагия теперь возит мой чай в своих обозах.
— Сама госпожа вам вряд ли отчитается, — ответил я, доливая ему чай. — А я чужие дела обсуждать не привык.
— Значит, правда, — протянул торговец и довольно потёр подбородок.
Его спутник сразу спросил:
— А можно ли купить сухой сбор с собой?
— К сожалению, на вынос только сухие сборы, но они гораздо слабее тех, что делаем здесь мы, — покачал я головой.
Чуть позже зашли муж с женой из соседней деревни, которые везли в город плетёные корзины. Они долго мяли в ладонях низкие монеты, поэтому я предложил им простой Луговой Сбор. Пока чай настаивался, женщина рассказала, что вдоль старого тракта начали снова ставить навесы для путников, а заброшенный дом в двух поприщах отсюда уже занял какой-то трактирщик.