― Какая наглость, кто-то предложил хорошую цену за его сраные мойки! Это непростительно. Это почти как самому продаться! Видимо, наш недоделанный коммерсант не знал, что в деловой среде это в порядке вещей. Здесь постоянно кто-то что-то предлагает. Он имел полное право отказаться или запросить более высокую цену. Но нет. Наш царь решил изойти на говно.
Предел моего терпения был достигнут. Больше я не мог это выслушивать:
― Можно я пойду работать?
― А что тебе не нравится? Стой и слушай, это твоя история. Поправишь меня, если ошибусь в каких-то деталях.
Оцепенев, я думал, как поступить. Психануть и уйти? И что? Опять на улицу? Но я осознанно выбрал такой путь. Теперь не дойти до конца ― преступление. Поэтому, собрав силы, я сделал вид, что его слова меня никак не трогают.
― Как-то в одной местной вечерней программе по телевизору я увидел репортаж про себя. Там за каких-то пять минут меня облили таким дерьмом, что, не скрою, я был в бешенстве. То, что это заказуха, ясно стало сразу, но тогда я не понимал, откуда у неё росли ноги. Тем временем моя служба безопасности взялась за работу, и через два дня мне назвали имя заказчика. Думаю, Юльчик, ты не удивишься, если я скажу, что им был наш с тобой царёк.
Она нахмурилась и посмотрела на меня.
― Знаешь, я бы простил ему всю грязь, если бы это была последняя выходка. Он пошёл дальше. Через неделю мне сбросили ссылку на видео в интернете. Там один наш местный журналист тоже решил проявить креатив. Он выпустил часовое разоблачение моей Компании, где рассказал, что моя семья якобы создала преступный синдикат, пустивший щупальца во все сферы города. Причём в ролике проехались не только по Компании ― это бы я простить еще мог, но там зацепили всю мою семью, включая отца и даже младшую сестру.
― А сестра при чём? ― быстро спросила Юля.
― Это ты у него узнай, ― Роман показал на меня. ― А тот придурок вывалил какие-то скриншоты каких-то переписок, которые якобы доказывали, что моя сестра ― шлюха. Дескать, она у нас в семейном бизнесе как проститутка-приманка числится. Мы её подкладываем под всяких чиновников и должностных лиц, благодаря чему наши дела идут в гору.
― Какой бред… ― сказала Юля.
― Именно. Но тот блогер-расследователь с пеной у рта доказывал, что это правда. Настоящих фактов он, естественно, не привёл, всё было высосано из пальца. А до этого у моей сестры взломали страницы в социальных сетях. Вскрыли и выложили в общий доступ все её контакты и личные данные. Вскоре на неё посыпались угрозы и всякие пошлые предложения. Помню, она пришла и ревела на моих руках целый день. Она всегда переживала за свою репутацию, а тут на неё свалилось такое.
Это была правда. Я лично заплатил за взлом её страниц. История, что якобы она элитная эскортница, ― тоже моя идея. Да и в целом заказное «расследование» режиссировал я.
В комнате повисла тишина. Я смотрел под ноги и кусал губы. Напряжение росло.
Нужно было что-то сказать, и я сказал:
― Извините…
― Передо мной извиняться не надо, ― с тихой злобой оборвал Рома. ― Лучше скажи, почему ты зациклился именно на сестре? Бил бы по мне. Сочинял бы и дальше всякие небылицы о том, что я якобы лидер преступной группировки, которая закошмарила весь Новосиб. Зачем девчонку обидел?
Я не отвечал, потому что ответ бы ему не понравился. Желание у меня тогда было одно: разозлить его до предела и вывести из себя. Понимаю, затрагивать родственников неконструктивно, но мне тогда очень было нужно, чтобы он занервничал и начал совершать ошибки.
― В сеть утекли её интимные фотки, ― злобно продолжал Рома. ― Она их скидывала своему другу в личной переписке. Ничего криминального, понимаешь? А ты выставил эти снимки на «досуг точка ру». И личный номер её указал. А ведь ни она, ни я не сделали тебе ничего плохого. Зачем ты так? Это зависть взыграла? Или обида? Но на что ты обиделся? На банальное деловое предложение?
Я нервно переминался с ноги на ногу и молчал. Впервые с того времени я почувствовал себя виноватым.
― Молчишь? Правильно. Молчи. Потому что, если ты сейчас откроешь пасть, я встану и въебу. Давай проверим, как ты это усвоил. Скажи, моя сестра проститутка или нет?
Я чуть не повёлся на эту провокацию, но вовремя прикусил язык. Лишь отрицательно покачал головой, уставившись себе под ноги.
― Скажи спасибо, что я тебя не убил, сука!
Юля подскочила, подлетела ко мне и ударила в грудь со словами:
― Какая же ты мразь! Роман Эдуардович, можно я его сама убью?
Озлобленность на его лице тотчас пропала, и он смягчённо ответил:
― Пока не надо. Присядь. Это ещё не конец истории. Тебе наверняка интересно узнать, каким путём я довёл его до такого состояния.