Скрывать не буду: когда он предложил мне продать бизнес, я запаниковал. Он рассказал Юле, что фактом выкупа собирался просто поставить меня под контроль, но умолчал об одном важном моменте. Когда его представитель выложил передо мной контракт, я изучил его и пришёл в недоумение. Там были сплошные обязанности и ограничения. Никакой свободы действий мне бы никто не дал. Согласившись на сделку, я бы стал обычным директором по найму, которого в любой момент могут выставить вон. Плюс ещё любой топ-менеджер Компании имел право в любой момент дёрнуть меня по любому вопросу. К тому же деньги, которые я получил бы за свой бизнес, меня не устраивали. В общем, данное предложение я расценил, как ультиматум перед началом рейдерского захвата. Поэтому и начал вести себя необдуманно.
Опыта корпоративной борьбы я не имел, умных отраслевых книг не читал. Отсюда и все мои импульсивные решения, за которые я теперь расплачиваюсь.
Но на ошибках учатся. Теперь я соберу всех, кому навредила или потенциально может навредить Компания Романа, и мы будем действовать вместе. Говорят, с системой может бороться только система. Вот я и должен сколотить некий альянс, чтобы раз и навсегда остановить беспредел.
А сейчас нужно решить второстепенную проблему: заткнуть Юлю, чтобы она больше не болтала об Ане. Особенно при Романе. Да, была девушка, да, расстались, и на этом всё. Я для того и отправил её в другой город, чтобы никто не посмел приставать к ней. Чтобы ни одна тварь не смогла оскорбить её. И чтобы ни у одной твари не возникло идеи использовать её против меня. Аня ― моя. И всегда будет только со мной.
Я отлично знаком с характером Юли и её умением давить туда, где больно. И, конечно же, она не настолько дура, чтобы поверить в байку о расставании. Поэтому, уверен, она ещё вернётся к теме наших с Аней отношений. Наша любовь была у неё на виду и являлась предметом зависти. При этом сама Юля в моих глазах была обычной шлюхой, которую я использую на работе. Несмотря на её внешние данные, Юля никогда не смогла бы занять место своей соперницы. Кажется, это и бесило её.
Теперь нужно сделать так, чтобы эта тема потеряла для неё интерес. Придётся натянуть маску безразличия и делать вид, что никакие колкие словечки меня не трогают. Вот только если она повысит градус и начнёт оскорблять Аню, тут я сдержаться не смогу. Придётся отвечать… и не только словами. Юля остра на язык и может многое ляпнуть. Что ж, тогда пускай все мои планы возмездия провалятся, но выслушивать оскорбления в адрес близкого мне человека я не стану. Даже Рома сразу получит в морду, если хоть раз грубо отзовётся об Ане. Пусть потом делает, что хочет, мне всё равно.
Ну и, конечно же, Аня не должна узнать о последних месяцах моей жизни. Даже в будущем, когда всё встанет на свои места, эта информация должна остаться тайной. Когда я верну себе власть и деньги, то пришибу любого, кто попробует её раскрыть.
Летом, когда меня начали долбить со всех сторон и я почувствовал, что скоро произойдёт нечто страшное, я решил снять последний миллион и отправить любимую в гости к родителям. Так было лучше не только для её безопасности, но и для наших отношений. Из-за проблем я был постоянно на взводе и мы часто ссорились по мелочам.
Она собрала вещи, и я повёз её в Томск. Упиралась она до последнего. Даже когда мы вошли в подъезд, отказывалась брать свою сумку и цеплялась за мои руки. Тогда я поцеловал её и тихо сказал: «Это ненадолго, мой ангел. Я скоро вернусь за тобой».
Не знаю, почему, наверное, женская интуиция, но Аня чувствовала, что конфликт с Романом закончится плохо. Она с самого начала убеждала меня быть осторожнее. Говорила, что излишняя принципиальность ни к чему и что лучше согласиться и подписать контракт. Она ни черта не понимала в бизнесе, но иногда умудрялась давать ценные советы. Жаль, осмысляю я их только сейчас.
Роман даже не знает, какое сильное оружие против меня может оказаться в его руках. Он разделался со мной финансово, но, если захочет уничтожить морально, то нужно совсем немного: добраться до Ани и поставить её в курс дела. А если он ухитрится подать всё это в выгодном для себя свете, удар будет хлеще всякого.
Поэтому хорошо, что она сейчас у родителей. Кстати, им мы сказали, что в нашей квартире полномасштабный ремонт и «хорошо бы вашей дочке погостить у вас». Родители у неё классные и расспросами докучать не стали. Если молодые так решили, значит, им так нужно.
До сих пор перед глазами тот пасмурный летний день. Её грустные глаза и, вместе с тем, жизнерадостная улыбка, которой она, несомненно, хотела меня подбодрить. Я видел, как ей тяжело. Недавно Ане исполнилось двадцать шесть лет, и за последние восемь она ни дня не прожила с родителями. После школы поступила в университет, нашла подработку и очень быстро стала самостоятельной. И вот я, её парень, который всерьёз собирался стать мужем, вернул дочку в отчий дом. Мне до сих пор тошно от этого. Из Томска я мчался по ночной трассе. Дождь хлестал по окнам, и я словно летел в бездну. Мысли в голове были только о том, как быстрее разобраться с проблемами.