«Что ж, мой второй день на море совсем не хуже первого. И все так интересно получается, – размышляла я, переодеваясь в своем номере. – Только приехала, и уже почти свидание. Забавно!»
Когда я подошла к условленному месту, новый знакомый уже ждал меня. Одет он был в темные шорты чуть ниже колен и спортивную футболку, а его успевшие высохнуть волосы завивались в темные плотные колечки. Снова обратив внимание на высокий рост и подтянутую фигуру моего кавалера, я невольно почувствовала, что мне нравится находиться рядом с таким мужчиной.
Впрочем, черногорские и сербские мужчины как раз и отличаются своим высоким ростом и длинными стройными ногами. Один черногорский экскурсовод как-то пошутил, что они такие высокие, потому что мамы их в детстве поливали водой, а на наш вопрос: «Что лучше всего привезти из Черногории?» бодро ответил: «Конечно, черногорского мужчину!»
– Чао, Иринчик, чао! – приветствовал меня серб. Затем он показал на часы, намекая, что я опоздала. В ответ я улыбнулась и пожала плечами:
– Женщинам нужно больше времени, чтобы собраться.
Он тоже улыбнулся, взял меня за руку и сказал:
– Айд, Иринчик.
«Иринчик – это что-то новое, – мысленно отметила я с приятным удивлением. – Так меня еще никто не называл».
Мой новый друг представился как Дюро. Такое сербское имя я слышала первый раз и, боясь ошибиться в произношении, предпочитала не обращаться к нему так. А в мыслях почему-то сразу начала называть его просто «серб».
На Балканах встречаются имена очень похожие на русские: Никола, Мила, Петр, Райка. Но есть и совершенно особенные: Зора, Стиво, Небойша, Драган. Многие слова в сербском и русском языках совпадают по смыслу, только ударение обычно на другой слог. Однако в большинстве своем слова разные, а некоторые даже имеют противоположное значение. Например, «вредан жена» совсем не означает, что речь идет о какой-то вредной, противной женщине, а как раз наоборот, слово «вредан» означает «стоящий», «достойный». Еще после своих первых поездок в Черногорию мне захотелось изучать сербско-черногорский язык, но дальше начального этапа дело не продвинулось. И вот сейчас мне представилась удобная возможность узнать, а, может быть, даже запомнить новые слова.
Мы с Дюро прошли вдоль берега и остановились возле витрины небольшого ресторанчика. Я не очень хотела есть, и особенных пожеланий в этот вечер у меня не было, поэтому я положилась на выбор моего спутника. Он указал рукой на мелко нарезанные кальмары и спросил:
– Будешь лигни?
Я кивнула в знак согласия. Сделав заказ, мы расположились за столиком поближе к морю. Молодой официант принес приборы и спросил, какие напитки нам принести. Дюро весело заговорил с ним, интересуясь, откуда парень приехал, и тут же сообщил, что я из России.
– Я немного знаю русский. Моя девушка тоже из России. Научила меня, – сказал молодой человек доброжелательно.
– И она меня учит, – весело подмигнул серб и заказал «точено пиво».
– Отличный выбор! Разливное пиво здесь вкусное, – заметила я. – Я тоже буду, а позже выпью домашний кофе. Он в меню «кувана кафа» называется.
– Ты хочешь учить русский? – обратилась я к Дюро, когда официант ушел.
– В школе учил. Ничего не научил, – сказал серб и развел руками. – Учи меня, Ириница.
Он держал мои руки в своих больших ладонях, мы улыбались друг другу и пытались общаться, используя простые сербские и русские слова.
В какой-то момент мы не поняли друг друга, я засмеялась и сказала:
– Для семейной жизни, возможно, это и хорошо. Жена говорит что-то неприятное мужу, а он не понимает, улыбается, переспрашивает удивленно: «Что? Что?» Вот и не поругались!
Мне показалось, что эту мою фразу Дюро тоже не понял, хотя и закивал утвердительно головой:
– Да, да.
– Вот и хорошо, – все еще смеясь, ответила я.
– Очень ха-ра-шо! – подтвердил серб.
После ужина мы продолжили прогулку по набережной, которая незаметно уводила от нашего удаленного поселка к порту и центру города. Не имея четких границ, населенные пункты плавно перетекали один в другой, и практически невозможно было определить, где заканчивается Игало и начинается Герцег Нови. Мы шли, взявшись за руки, чувствуя необычно сильное притяжение и доверие друг к другу. По ощущениям мы были похожи на молодую влюбленную парочку восемнадцати лет. «Супер! – подумала я. – Легко, приятно».