— У него тут есть жена? — похолодев от ужаса, спросил я.
— Как нам только что поведал Мадаха, женой Мона скоро станет его дочь — Лии Ханкун. Нам, кстати, надо бы её найти. Мадаха сказал, что она знает пять языков.... — продолжала щебетать ничего не подозревающая Лара.
— Вместе поищем, — поднялся с места Стеф, пряча свой блокнот для записей. — Ник, что с тобой?
Стеф что-то говорил, а его слова доносились до меня каким-то странным гулом. На минуту я подумал, что мне опять стало плохо. Очевидность происходящего была для меня прямо-таки безобразной. Этот сукин сын «Лебединая корона», или как там его... Мон!!! Он подсадил старика на опий и хочет Её. А она? Согласна ли она? Мне предстояло это выяснить….
— Я иду с вами! — резко поднялся я, предложив руку Ларе.
Она удивлённо посмотрела на меня, но приняла мою помощь. И мы втроём отправились на поиски дочери шамана.
***
Сама деревня была небольшая, но во владении Лии был целый остров, который она знала, а мы — нет.
Бесплодные часовые поиски заставили нас вернуться к нашим хижинам. Надо сказать, что в хижинах на острове располагались только мы, шаман Мадаха и одна женщина мокен с новорождённым. Все остальные мокен ели, спали, одним словом, жили на своих лодках- «кабангах».
«Дети моря», как я их назвал, большую часть жизни проводят в лодке «кабанг», которую строят сами, вручную. Берут цельный ствол дерева и выжигают изнутри углями для растяжки. Снаружи оплетают бамбуком и верёвками, сделанными из растений. Бока кабанга делаются из лёгкой Салакки, благодаря чему лодка становится непотопляемой.
Я видел, как старик Нирун учил своего сына Нгуя строить кабанг. Отец и сын то и дело гладили обтёсанный ствол, произнося «заклинательные» слова.
Прежде чем Нирун и Нгуй срубили дерево для кабанга, они полдня просидели под ним, обращаясь к его духу с молитвой.
Представляете, как бы поменялась наша жизнь, если бы мы начали жить по законам и верованиям мокен?! Мы бы ходили к мусорным бакам со священной молитвой о прощении, стояли бы на коленях у рек и озёр, в парках, после шашлыков.
А можете себе представить склонённую в тихой молитве всю строительную компанию перед вырубкой леса? Смешно, правда?...
Для мокен их лодка-кабанг является местом рождения и местом смерти, как для нас — наша Земля.
Лодка кабанг — подобие тела человека. Части лодки на языке Чао Ле называются так же, как и части тела человека. И у лодки есть душа, как и у нашей природы. Отношение «детей моря» к лодке и к их морю очень трепетное. Наше же отношение к нашему дому оставляет желать лучшего.
Я бесконечно преклоняюсь перед теми людьми, которые экономят воду, занимаются разделением мусора перед избавлением от него. Преклоняюсь перед теми, кто не заказывает воздушные шары и отказался от полиэтиленовых пакетов. Сам же я к их числу не отношусь и никогда не стану заниматься подобной ерундой:
«Беречь и сохранять чистый мир для наших детей» — не мой удел.
Мы сидели с Ларой недалеко от берега и наблюдали за кропотливой и завораживающей работой Нируна и Нгуя.
Вообще, я бесконечно могу смотреть на три вещи: на воду, на огонь и на то, как другой человек работает.
Вот и теперь мы следили за работой, любовались морем, жарили рыбу и хлеб на костре, всё «бесконечное» было передо мной, но Лии нигде не было….
— Расскажи мне про этот праздник, — попросил я Лару, чтобы хоть как-то отвлечься.
— Лой Руи?
— Угу, — дожёвывая хлеб, подтвердил я. — Как это переводится?
— «Уплывающие лодки» — по смыслу так. Это церемония очень важна. Один раз в год, во время последнего полнолуния сухого сезона мокен отмечают этот праздник.
— Как наш Новый год?
— Да, точно... только своеобразнее, — посмеялась Лара над моим сравнением и продолжила. — Изготавливают миниатюрную копию настоящей лодки — кабанг и, погрузив в неё все беды и неудачи, отправляют лодку в открытое море. Так племя настраивается на своё будущее в наступающем году.
— Ну, точно, как мы на Новый год, — настаивал на своём я.
Вдруг Лара стала очень серьёзной.
— Они считают, что в этот день открыты ворота между нашим миром и миром душ природы и их древних предков. В этот день мокен могут общаться с умершими... Немногим дают участвовать в этом, и я не позволю Стефу всё испортить. Это очень важно для меня!
— Почему, Лара?
— Ты будешь смеяться…
— Обещаю, что нет.
Лара отвернулась от меня и почти шёпотом произнесла:
— Три года назад мой муж и трёхлетний сын разбились на Выборгском шоссе... — Лара прервалась на мгновение, а затем продолжила чуть тише. — …У Дена должна была состояться конференция в Выборге... и мы решили поехать вместе и провести там выходные... Он был так рад… Всю дорогу дразнил меня «женой миллионера». Мы любили с ним мечтать и строить грандиозные планы. Эта сделка... несостоявшаяся сделка…, в общем, возлагали мы на неё большие надежды и… даже уже «отложили» нашему сыну Ванечке на обучение за границей, мне купили небольшое издательство... так нам мечталось, и счастливей женщины, чем я была тогда, не было.