— Просто расскажи, как у тебя дела. Чем занимаешься, что в доме творится. И все.
— А-а…
Я протянул бродяжке сенсорник. Она взяла его так, будто одно неверное движение привело бы к взрыву всего салона. Посмотрела в отражение на черном дисплее, понюхала, поднесла ко рту:
— У меня все хорошо. Лежу на диване. Дома все спокойно. Как слышно? Прием!
Чарли произнесла это таким тоном и с таким выражением лица, словно докладывалась президенту о проверке ядерных ракет. Ну как тут не умилиться?
— Это не рация. Прикладывать надо к уху. Придем домой — все покажу. А пока просто выбери цвет.
— Красный, — уверенно ответила девушка.
— Красный так красный.
Расплатившись, отправились наконец в гипермаркет. Джон попросил нас купить еды, сам взял тележку и на всех парах скрылся в хозяйственном отделе. Отбрехиваться пришлось мне — мол, незачем всем там ходить, отравой дышать. Альва пожала плечами и побрела следом.
Минут через десять, когда на дне тележки ровным слоем разлеглись фрукты и овощи, ушастик коснулась моего локтя и тихо спросила:
— Мне кажется, или Джон меня избегает?
— Э-э-э…, - сказать, что вопрос озадачил — ничего не сказать. Но тут опять вмешалась Чарли — на этот раз, к счастью, ничего не испортив. Ну… почти.
— Он стеснительный у нас. Особенно с такими красивыми девушками.
Альва покраснела и отвела взгляд.
— Правда?
— Ага.
Все, солнышко, ты справилась с задачей на пять баллов. А теперь молчи, просто не произноси ни слова…
— Ты ему нравишься.
Я сжал в кулаке несчастный помидор, струя розового сока вперемешку с семечками брызнула на спину мимо проходящей бабульки. Божий одуванчик ничего не заметила, в противном случае пришлось бы спасаться бегством. Судя по зарубкам и сколам на ее тросточке, обращаться с этим грозным оружием старушка умела и пускала в ход без сомнений и сожалений.
— Серьезно?! — крикнула ушастик на весь отдел и сразу захлопнула рот ладонью.
— Только между нами.
— Конечно. Фух, — она смахнула со лба несуществующий пот. — Успокоила меня. Я-то думала достала его до смерти, вот он и убегает при первой же возможности. А еще показалось, что Джон совсем не обрадовался, когда я напросилась на пикник. Только скажите — и не стану докучать.
— Перестань, — Чарли подмигнула. — Дай ему привыкнуть к тебе и все будет в шоколаде.
— Спасибо большое за поддержку. Сама еще ни к чему тут не привыкла. Без вас совсем бы в тоске утонула.
Слава богу, на этой радостной ноте две сороки в кой-то веки утихли, иначе еще до кассы ушастик знала бы обо всем. О телекинезе, телепортирующейся девке, летающем мужике и всем прочем, о чем простым горожанам знать не положено.
Под тихое бормотание о сегодняшних скидках с потолка я сложил в тележку все необходимое. Только от сосисок решил отказаться — слишком уж просто и по-детски в такой компании жарить эти полуфабрикаты. В Америке, конечно, туалетной бумаги и картона в них поменьше, но все равно лучше взять настоящего маринованного мяса. Но приготовить не на гриле (задерешься тащить в лес эту бандуру), а на шампурах — как любят в России. Складной мангал и оные шампуры перекочевали с полок в тележку. Последним туда отправился ящик пива.
Вскоре показался и Джон. Расплатившись и перегрузив продукты в пакеты, мы отправились по домам. Вечерело, город совсем обезлюдел. Мы шли по пустой улице, болтая о всякой ерунде, как вдруг раздался низкий хриплый голос:
— Эй, молодежь!
Из-за ближайшего дома вырулил… Комбат, держа руки в карманах и ехидно ухмыляясь. Приятель икнул, Альва замерла от испуга, Чарли решительно шагнула вперед, но я заступил ей дорогу. Великан вразвалочку подошел и остановился в паре ярдов от нас. В отличии от первой встречи (а точнее — боестолкновения), его глаза не пылали огнем, а были вполне обычными — серо-стальными.
— Есть че пожрать? — амбал почесал свежий шрам на брюхе.
— Что вы себе позволяете?! — пискнула ушастик.
— Тихо, — ледяным тоном ответил я, и девушка вмиг заткнулась.
— Правильный подход, — Комбат хищно ощерился и облизнул бледные губы. — Гляжу, у вас и пивко есть. Сами отдадите или помочь?
Драться с ним — чистое самоубийство. Чарли попросту не выдержит очередной схватки, да и сколько народа пострадает от энергетического луча? Он одним махом полквартала разнесет. Обидно, досадно, но лучше потратиться еще раз завтра, чем превратить еду в боевой трофей.