Конечно, осуществить все это при Джейбрине было бы сложно… Но Джейбрин — не вечен. И «сложно» — не значит «невозможно».
Идэль покачала головой:
— Да уж… Ксейдзан на мелочи не разменивается. Вилайд смотрел на нее и грустно улыбался.
— Что? — спросила принцесса.
— Ты все еще не понимаешь? Ладно. Я повторю вопрос. Умирают Дифрини и Дагуар, а следом убивают меня и одну из моих дочерей. Все указывает на Хаграйда, К кому побежит оставшаяся дочь?
Идэль замерла. Это было похоже на старые фокусы Майдлара. Невозможно понять, откуда без всякой магии в шляпе берется кролик, но затем Майдлар показывал ей потайное отверстие в столе — и все становилось предельно ясным.
— Это только догадки или есть доказательства? — спросила Идэль.
— Доказательств нет.
Значит, только догадки.
— Есть косвенные свидетельства, указывающие на то, что это не только догадки.
— Какие?
— Про обилие браков между младшими домами уже упоминал…
— Это ни о чем не говорит.
— Ни одно косвенное свидетельство само по себе ни о чем не говорит, — пожал плечами Вилайд. — Важна их сумма. Идэль… поверь — я отношусь к своим рассуждениям достаточно критично. Я и сам был бы рад ошибиться. Однако Ксейдзан хочет получить нашу ветвь — и это факт. Мы связались с ним, думая упрочить свое положение. Требовалась какая–то опора против Хаграйда. Но вышло только хуже. Новоприобретенный союзник стал еще более опасен, чем старый враг. Мы слишком плотно сблизились с Ксейдзаном, слишком… В свое время шла речь о браке между Нильзой и Меаром ита–Шедан… К счастью, они не понравились друг другу, а я, слава благой Ёрри, не стал настаивать…
— У вас есть какие–нибудь агенты в Гэал? Что они говорят?
— О происходящем в Гэале нам известно гораздо меньше, чем о Ниртоге… До сих пор не было причин тратить время и силы на слежку за ними. Поэтому Ксейдзану проще сокрыть от нас то, что мы не должны видеть. Но есть одно любопытное обстоятельство. В ночь с тринадцатого на четырнадцатое, когда совершалось нападение на Шурбо, Содан ита–Шедан и Рил ита–Лудор, лучшие боевые маги Гэал покинули свои имения. Часть подчиненных им дворян — опытные воинов и магов — также не ночевала в своих спальнях. Вечером они куда–то ушли… а вернулись под утро.
И вернулись не все. Все это делалось с максимальной секретностью, и если бы я не начал копать под Ксейдзана, то, скорее всего, так бы ничего и не узнал об этом. Конечно, это еще ни о чем не говорит, может быть, они просто все вместе вышли прогуляться и подышать ночным воздухом, кто знает?
— Ты не пытался пленить кого–нибудь из дворян Содана или Рила и исследовать их память на предмет той ночи?
— Очень бы хотелось, — кивнул Вилайд. — Но мне неизвестны имена большей части отсутствовавших той ночью. Знаю, что они были, но не знаю, кто именно. А тех, про кого я все–таки знаю, — не могу найти. Куда–то пропали. Похоже, Ксейдзан решил их где–то временно припрятать. А может, сам потихоньку редактирует их воспоминания. Так, чтобы правду уже точно никто не узнал.
Идэль некоторое время молчала, взвешивая услышанное. Вилайд прав: отдельная косвенная улика ничего не значит… Но когда их много…
— Будет печально, если все–таки окажется, что твои подозрения верны. — Вот и все, что она сказала.
— Есть еще одно обстоятельство… — Герцог помолчал, набираясь решимости. — Я не хочу обижать тебя… Ты — наполовину ита–Жерейн. В свете сказанного… тебе не кажется странным… нет, не «странным» — правильнее сказать «закономерным» — что в твоем окружении вдруг появляется человек из Гэал?… Всех, кого Ксейдзан не собирается убивать, ему нужно связать со своим кланом кровными узами…