— Ну да, конечно, — согласился Асбрак.
— А у того благородного лорда в Девлине волосы были прямые.
Асбрак посмотрел на советника непонимающе, потом его взгляд прояснился.
— Прямые, а не завитые по моде!
— Ваше величество очень тонко улавливает суть предмета.
Король вздернул подбородок и подбоченился.
— Ну конечно, Рэнд, конечно. — Он хлопнул в ладоши. — Однако ты мне очень помог, Рэнд, очень.
— Ваше величество, вы слишком добры ко мне. — Советник снова повернулся к окну. — Прошу простить мою настойчивость, светлейший… Остались всего один-два вопроса, которые я хотел бы рассмотреть подробнее.
— Но уже почти время чаепития, — напомнил Асбрак.
— Да, ваше величество, но это — дело крайней важности.
— Опять же, эта ведьма… Я полагаю, Рэнд, это тоже дело первейшей важности.
— Несомненно, ваше величество, но, возможно, не настолько спешное…
Правитель нахмурился.
— Ну, хорошо. Можешь идти. Однако я желаю видеть тебя за завтраком. Не вздумай куда-нибудь запропаститься.
Рэнд поклонился и вышел из королевских покоев.
— Как возвратишься, тебя будет ждать блюдо с пирожными! — крикнул Асбрак ему вдогонку.
Когда советник вернулся, его действительно ожидало блюдо с пирожными, хотя пирожных на нем оставалось уже не так много.
— Знаешь, Рэнд… — Монарх смахнул салфеткой с губ сладкие крошки. — По-моему, у нас — самые талантливые кондитеры во всех Девяти королевствах. Обычно я довольно равнодушно отношусь к пирожным… разным кексикам, рогаликам… — король окинул взором блюдо со сдобой, — слойкам, сладким пирожкам, булочкам с изюмом, тортикам… — он приподнял салфетку, прикрывавшую корзинку в углу сервировочного столика, — к кремовым трубочкам, ореховым кольцам, марципанам… — Асбрак наклонился, присматриваясь. — М-м-м… А это что такое?..
Король взял с блюда треугольное пирожное, залитое сахарной глазурью, задумчиво отломил кусочек и отправил себе в рот.
— Как бы то ни было, я терпеливо дожидался, пока ты придешь, прежде чем послать за следующей порцией чая.
Рэнд услужливо потянул за шнур звонка. Король взмахом руки указал на столик с остатками его «походного завтрака» — там лежали нарезанные сыры и холодные мясные закуски.
— Пусть мальчик это тоже уберет.
Принесли чай. Асбрак повелительным жестом отстранил Рэнда.
— Я сам налью, — заявил он. — Ты и так с самого утра бегаешь по делам. По крайней мере с тех пор, как я проснулся. Я желаю, чтобы ты спокойно посидел, выпил чаю… Я сам приготовлю тебе чай, наберу пирожных и поднесу, — великодушно предложил монарх. — Тебе останется только жевать и глотать.
Король взял небольшую серебряную тарелочку и нагромоздил на нее множество разнообразных сластей. Гора пирожных почему-то не рассыпалась, вопреки всем известным законам природы. Асбрак поставил тарелочку на стол возле Рэнда, после чего снова уселся в свое громадное кресло. Устроившись поудобнее среди вороха мягких подушек, правитель сказал:
— А теперь мы должны распланировать дела на сегодняшний день. Я хочу послать за этой ведьмой, и… Кстати, что ты думаешь по поводу того, что рассказывал тот человек, — ну, как она шла под дождем совсем сухая?
Рэнд пытался взять с тарелочки пирожное и не повалить при этом кексики, ореховые колечки и слойки в глазури.
— Ваше величество, с превеликим сожалением вынужден признать, что нахожу этот рассказ совершенно вероятным.
Король посмотрел на него немного растерянно.
— Послушай, Рэнд, ты всегда… — Он присмотрелся к советнику повнимательнее. — Ты сказал — совершенно вероятным? Так, значит, ты в это веришь?
— Можно сказать и так.
Асбрак просиял.
— Рэнд, ты меня удивил. Скоро ты начнешь советоваться с Ремегером.
— С астрологом? А вот это весьма маловероятно, ваше величество. Мой скептицизм в отношении астрологии остался непоколебим. А мнение о ведьме сложилось в результате того, что я видел ее сам, своими глазами.
— Ты? В таверне? — Лицо монарха отразило глубокое потрясение. — Ты был замаскирован?
— Я был здесь, мой повелитель, у окна, из которого видны городские улицы. Я видел женщину, и хотя я не могу сказать, мокрая она была или сухая, но шла и держалась она в точности так, как это описал жарильщик, каким бы ненадежным ни было его свидетельство.
— Значит, ты его знаешь?
— Только понаслышке, ваше величество. Брескин сообщил мне, что, несмотря на крайнюю невоздержанность в возлияниях, этот жарильщик мяса — непревзойденный мастер своего дела.