- Значит, Кушух - обманка? - хрипло спросил Малдан.
Чернокнижник самодовольно притронулся к желтому камню у себя под горлом.
- О, да ты знаешь толк в самоцветах! Я мог бы взять в своей сокровищнице сапфир или топаз размером с голубиное яйцо, но обманка намного, намного лучше: ведь люди знатные и богатые, разбирающиеся в драгоценностях, сразу примут Кушуха за выскочку с раздутым самомнением, неспособного отличить апатит-дешевку от благородного камня. И люди обрадуются, что проникли в тайную слабость купца. А это всегда располагает к тебе людей и усыпляет их бдительность.
Чернокнижник и впрямь гордился своей работой, своей мастерски сработанной личиной... и был рад поговорить о ней с тем, кто может оценить ее и признать ее достоинства. А Кушух... Он даже не умер, как умерли Тахлан и Сумадевик. Его просто никогда не было.
Малдан почувствовал, что по его щекам ползут слезы, больно обжигая там, где кожа была разорвана и содрана. Чернокнижник усмехнулся.
- Не думай, Кушух никуда не денется, - произнес он. - Завтра утром он проснется у себя в доме, отправится на базар... где узнает, что его нового знакомого из морского народа нашли убитым вместе со слугами. И в знак траура купец, быть может, разорвет свои белые одежды и посыплет голову землей.
- Зачем... - начал Малдан, но у него перехватило голос. - Зачем ты это делаешь? - заговорил он снова.
- Мне нужен Лахаш, и мне нравится жизнь, которую я там веду, - ответил Чернокнижник. - И я не хочу тратить время и силы на то, чтобы являться туда под новой личиной и заново там устраиваться. А потому человек, который увидел мое настоящее лицо, должен замолчать навеки.
- Но почему я увидел твое лицо? - спросил Малдан, словно это могло что-то изменить. - Почему я сначала видел его, а потом перестал?
- Моя сила - как свет: она ослепляет. Одних на большем расстоянии, других - на меньшем.
«Скорее уж, не ослепляет, а затемняет», - подумалось Малдану. Он вспомнил, как ребенком нырял на каменистом мелководье и увидел осьминога, который затаился в щели между камнями. Но стоило мальчику протянуть руку к моллюску, как тот выпустил в лицо врагу густое чернильное облако - и исчез.
- Но зачем убивать моих слуг? Ты же мог отравить меня одного, у себя в доме, за обедом! Они ничего не знали!
- Как я мог отравить тебя у себя в доме после того, как сначала половина базара видела нас за разговором, а потом половина Лахаша - по дороге в мой дом? Что до твоих слуг... ты ведь наверняка рассказал им, как мы с тобой познакомились. Я должен был убить всех людей, с которыми ты говорил после нашей встречи и в которых ты мог заронить подозрения на мой счет.
«Хорошо, что я забыл зайти в мастерскую к Кханне», - подумал Малдан.
- В Лахаше есть один человек, который подозревает, что я скупаю добро из разграбленных древних гробниц, - продолжал Чернокнижник. - Он мытник князя и повадился, как говорится, вытаскивать чеки из моих колес. Я избавлюсь от тебя, повешу твою смерть, как камень, ему на шею и столкну его в реку. В переносном смысле, конечно.
- А чем тебе помешал сын князя?
Чернокнижник рассмеялся.
- О, Руданхад ничего худого мне не делал и не собирался.
- Зачем же ты убил его?
- Чтобы никому не вздумалось искать меня в Лахаше.
- Что? - Малдан нахмурился, не понимая.
- Суди сам, - спокойно объяснил Чернокнижник, - после гибели его сына ненависть ко мне Нгха-Ваушнадима сильнее ненависти всех прочих князей земли. Так в каком городе Полудня меня станут искать в последнюю очередь? Если, конечно, по Лахашу не поползет слух, что Кушуха ма-Куша принял за мурина человек из морского народа, на каковой народ моря по причине его дружбы с лунными демонами обычная магия не действует...
- Ты убил человека не потому, что хотел занять его место, не потому, что он тебе мешал, не потому, что он мог раскрыть твой секрет, не потому что, он был дружен с тем, кто мог раскрыть твой секрет - а потому, что ты хотел устроить себе безопасное логово?
- Да.
Нумэнорец молчал. Его вдруг охватило такое отвращение, что он был готов немедленно и с радостью сменить общество Чернокнижника на общество Владыки Мертвых.
- Неужели ты больше ни о чем не хочешь меня спросить? - усмехнулся колдун.
- Нет, - произнес Малдан сквозь зубы. - Я услышал достаточно.
Чернокнижник вскочил на ноги.
- Эй, вы, довольно набивать брюхо! - окликнул он своих людей. - Несите сюда все их вещи: я отберу те, что вы подбросите Кхваи-менне, а остальное сожжем.