Он вдруг наклонился и сорвал с руки пленника стальное кольцо-печатку со знаком мастера Гильдии оружейников: в пятиконечной звезде золотой человечек с точкой-головой и раскинутыми в стороны руками-палочками, похожий на тэнгву «йанта». Этим кольцом Малдан гордился куда больше, чем даже найденной им на Острове митрильной жилой.
Отойдя к костру, Чернокнижник равнодушно бросил кольцо на расстеленное одеяло Сумадевика. Скоро к кольцу добавились меч, оружейный пояс и кошелек Малдана, оправленный в железо рог и засапожный нож Тахлана, бронзовая пряжка с плаща Сумадевика. В костер полетели одеяла, запасная одежда и съестные припасы.
Один разбойник вспорол мешок с мукой и бросил его в огонь. Густое облако муки вдруг вспыхнуло и хлопнуло так, что со свода пещеры посыпались камешки. Разбойники весело заулюлюкали.
- Седлайте их коней и бросайте всех троих через седло, - велел Чернокнижник. - Я подниму мертвецов, когда мы доберемся до оврага за усадьбой Кхваи-менны.
- Господин, - окликнул его один из разбойников, - тут еще одна сума валяется, вроде тяжелая.
- Дай сюда.
Чернокнижнику подали рыжую суму из вощеной кожи. Он подошел поближе к ярко пылающему костру и, открыв суму, вывалил ее содержимое на землю.
Железная фляга тяжело покатилась по песку. Один из разбойников поднял ее и встряхнул.
- Нет, это не вино, там что-то сыпучее... - произнес он с досадой и сунул флягу другому разбойнику.
- Эй, ты, что в бутыли? - окликнул Чернокнижник Малдана.
- Сухой краситель для тканей, - ответил тот.
Чернокнижник покачал головой.
- Так ты и впрямь ремесленник, - произнес он разочарованно. - Когда ты увидел мое настоящее лицо, я решил, что ты чародей.
И приказал своим людям:
- В огонь ее.
Фляга тяжело бухнулась в костер, подняв ворох искр. Малдан закусил губу: он уехал из Умбара, не записав рецепт «желтой горечи», и теперь его работа погибнет вместе с ним самим...
И тут костер превратился огромный желтый огненный шар, который ударил в свод пещеры и лопнул с оглушительным грохотом.
Когда Малдан пришел в себя, в голове у него гудело, а в ушах стоял звон. Он сделал вдох - и от едкого дыма, который обжег ему нос и горло, чихнул и открыл глаза.
Он не сразу узнал место. В воздухе висели белесая пыль и желтый дым, и все вокруг - песок, деревья, разбросанные вещи, сам Малдан - было покрыто желтым налетом. Костер исчез вместе с пещерой: теперь на его месте возвышалась куча мела высотой в половину человеческого роста. Все это освещал зыбкий свет разметанных взрывом горящих головней и обрывков ткани, повисших на ветвях, точно уродливые светильники.
Ни Чернокнижника, ни его людей не было ни слуху, ни духу. Малдан огляделся по сторонам и вздрогнул, когда его шею задело что-то острое. Осторожно повернув голову, он увидел, что это обгорелый обломок железа, воткнувшийся в ствол дерева. Железка была похожа на мятый и перекрученный кусок, с трудом оторванный от сырой и жесткой лепешки. Малдан сглотнул: безо всякого сомнения, это был фрагмент брошенной в костер фляги с «желтой горечью».
Подумав, Малдан осторожно сжал осколок в зубах и принялся тащить его из дерева. По счастью, осколок воткнулся не очень глубоко, и скоро Малдан уронил его из окровавленного рта в руку и принялся трепать и резать веревку, которой были стянуты запястья.
Даже освободившись, он не сразу смог встать: так сильно кружилась и болела голова, ныли руки и избитая спина. Наконец он поднялся и, прихрамывая и пошатываясь, ногами сбил в кучу догорающие остатки разметанного костра, чтобы они давали хоть какой-то свет.
И вздрогнул, услышав стон. Он донесся от груды мела, в которую превратился обрушившийся свод пещеры. Малдан с опаской подошел ближе и увидел, что принятое им за круглый камень - на самом деле торчащая из-под завала человеческая голова, наполовину засыпанная белой крошкой. Малдан опустился на колени и осторожно смел крошево. И его рука дрогнула: это был Чернокнижник.
Почти неузнаваемый: без своего щегольского белого тюрбана, уже не чернокожий, а светлокожий - из-за меловой пыли и желтого налета. Но когда колдун открыл глаза, они были по-прежнему как две дырки, сквозь которые смотрит ночь.
- Ты убил меня... - простонал он. - Ты все-таки чародей...
- Нет, я... - начал Малдан, но умолк: не было смысла ни объяснять, ни оправдываться.
- Это он велел убить меня? - прошептал Чернокнижник. - Как велел убить Ильхэг-хора? Как велел наставнику убить Кхалава Молнию? Как велел мне убить наставника? Но за что? Я же всегда исполнял то, что он велел...
Колдун шевельнулся и потянул из-под камней руки. Но смог вытащить только левую. Рукав превратился в лохмотья, а рука под ним - в сплошную рану.