Род поднял руку:
— О нет… Погодите, погодите! Так… Значит, вы решили, что это сделал я… А я решил, что вы.
— Верно.
— Но это сделали не вы.
— Воистину так.
— И я этого не делал.
— Похоже, что так.
— Тогда,— поморщился от боли Род,— кто же?
— Кто это? — сдавленно проговорил Логир, пришедший в себя.
В глазок проник луч света.
Горацио в страхе простонал и исчез.
Род прижался к глазку. Факелы снова горели, Дюрер взобрался на возвышение. Он размахивал кинжалом и вопил:
— Где? Где они?!
Род отошел от глазка и хитро усмехнулся Логиру:
— Думаю, нам не стоит торчать здесь, ожидая, пока они это выяснят, милорд. Пойдемте?
Он развернулся, чтобы идти, но пальцы Логира цепко сжали его плечо. Род охнул, скривился от боли.
— Прошу вас, милорд, если вам, конечно, не трудно… воспользуйтесь другим моим плечом.
— Что это был за человек? — сурово вопросил Логир.
— Человек? — Род непонимающе огляделся по сторонам.— Какой… человек?
— Тот, что только что стоял здесь рядом с нами. В белых одеждах.
— А-а-а! — Род пристально вгляделся в лицо старого герцога. Видно было, что Логир не вполне оправился после случившегося и еще не готов был встретиться лицом к лицу с реальностью.— А это… так, один родственник.
— Твой родственник? Здесь?
— Нет, милорд, не мой. Ваш.— Род отвернулся и, ведя рукой по стене, пошел вперед по коридору.
Немного помедлив, за ним последовал Логир.
Свет, проникавший в туннель через глазок, вскоре померк. Род, чертыхаясь, продвигался на ощупь. Спускаться по узкой лестнице за углом предстояло в кромешной тьме.
Род свернул за угол, нащупал было кинжал и уже был готов нажать на кнопку, но вдруг увидел перед собой светящийся блуждающий огонек. Род уставился на него с нескрываемым страхом, но, как только глаза его привыкли к тусклому свечению, разглядел лицо, потом — фигуру (рассмотреть всего человека целиком возможности не предоставлялось, однако каждая часть сама по себе была так прекрасна, что ею можно было любоваться и по отдельности). Вытянутая рука, а на ладони — блуждающий огонек. Лицо, полное тревоги.
— Гвендилон,— проговорил Род.
Тревога девушки сменилась радостью и облегчением, но лишь на миг. Затем в глазах ее вспыхнул огонек затаенной обиды.
Она притворно учтиво поклонилась:
— Милорд.
— Ничего себе! — буркнул Род.— Какого черта ты тут делаешь?
Гвендилон изумленно смотрела на него:
— Я шла за вами, господин.
— Нет, нет, нет! — Род зажмурился.— Мы так не договаривались! Теперь ты должна меня ненавидеть и прекратить таскаться за мной!
— Ни за что, господин,— еле слышно отозвалась девушка.
Род открыл глаза. Может, она шутит? Нет. Не тут-то было.
Род снова вспомнил наставления Тома насчет девиц-крестьянок.
— А это,— спросил Род, кивком указав на блуждающий огонек,— что у тебя такое?
— Это? — Гвендилон посмотрела на огонек.— Это всего лишь маленькое колдовство, которому меня научила моя матушка. Этот огонек осветит нам дорогу и поможет выбраться из подземелий.
— Осветит, пожалуй,— не стал спорить Род,— Да позволено мне будет поинтересоваться, как ты ухитрилась погасить факелы в главном зале?
Гвендилон не сразу собралась ответить.
— Быстро не расскажешь, господин. Разве у нас есть время?
Род, поджав губы, смотрел на нее:
— Но это твоих рук дело?
— Моих, господин.
— Это еще одно маленькое колдовство, которому…
— Выучила меня моя матушка, верно.— Она весело кивнула.
— Ну, ладно,— процедил сквозь зубы Род.— Почему бы, собственно, и нет? Пошли, малышка.
Род тронулся в путь по узкой лестнице, кривясь от боли всякий раз, когда задевал плечом стену.
— Милорд! — ахнула Гвендилон и робко коснулась его плеча,— Вы ранены!
Род повернулся к ней вполоборота, придерживаясь за стену, и отбросил ее руку. Гвендилон мгновение непонимающе смотрела на него, потом опустила ресницы, томно улыбнулась, схватила Рода за руку и притянула к себе.
— Милорд, вам не нужно так…
— Отпусти! — Род потянул руку к себе, прислонился спиной к стене. Девушка проворно прижалась к нему.
— Любезная леди!..
— Меня так никогда не называли…— проворковала она теплым, гортанным, хрипловатым голосом и теснее прижалась к Роду.
— О женщина, прошу тебя! — Род предпринял отчаянную попытку провалиться сквозь стену. — Я просто не в силах представить себе более неэстетичного места для…
— Когда вы рядом со мной, ни время, ни место для меня ничего не значат,— прошептала она ему на ухо и ласково прикусила мочку зубами.