Вынырнув, выдр махнул оставшимся на берегу и выкрикнул нечто непонятное. Потом снова погрузился в воду и несколько раз повторил все нырятельные упражнения. Потом рядом с ним на поверхности воды показался Хапли, и они вместе направились к пляжу.
Выдр и лягушка отбуксировали плавучие припасы, аккуратно запакованные в водонепроницаемые шкуры, на середину потока и, исчезнув там с ними под водой, возвращались за новыми.
Наконец мокрый Хапли вылез на песок.
— Хорошо, что река не с гор течет. То-то было бы холодно для такого занятия.
— Какого? — поинтересовалась совершенно озадаченная Флор.
— Пошли — увидишь.
— Пошли? Куда пошли?
— На лодку, куда же еще, — ответила Талея. — Разве ты не знаешь?
— Мне никто ничего не объясняет... Глядят только. — Флор уже почти рассердилась.
— Через минуту ты все узнаешь.
Лодочник протянул ей водостойкий мешок.
— Одежду положишь сюда.
— Зачем это? — Глаза Флор сузились.
Хапли терпеливо пояснил:
— Чтобы не намокла. — И отвернулся. — Вообще, как хочешь. Угодно путешествовать мокрой в холодной горе — я не против. Уговаривать тебя не собираюсь.
Джон-Том уже снимал плащ и рубаху. Талея и Каз поступали подобным же образом. Флор чуть поежилась и начала раздеваться. Волшебник тем временем проверял, плотно ли закрыты ящички в панцире. Физически он был самым слабым, однако, как и лодочник, не должен был испытать никаких сложностей на этом этапе пути.
Оставалась, впрочем, проблема в виде черной груши, повисшей на ветви одного из выброшенных на берег стволов.
— Никогда! Не дождетесь и не мечтайте. — Пог непреклонно обхватил себя крыльями за плечи, выказывая твердость алмаза. — Буду ждать здесь.
— А если мы будем возвращаться другим путем?
— Да ходь вообще не возвращайтесь, — буркнул летучий мыш. — Меня эдо вовсе не волнует.
— Вот что, — Клотагорб решил обратиться к разуму фамулуса. — Я ведь могу и заставить.
— Вы, босс, много чего со мной можете сделать, — ответил мыш. — Но лезть в эду поганую реку не заставите.
— Давай скорее, Пог, — сказал Джон-Том. Дурацкое это дело — стоя голым на берегу, уговаривать залезть в воду летучую мышь. — Все мы: Флор, Каз, я и Талея — тоже не водные жители. Но я верю Клотагорбу и нашему лодочнику, они знают, что делают. Конечно, там будет воздух. Я тоже не способен надолго задерживать дыхание.
— Воду пьют, в ней не живут, — настаивал Пог. — Вам не загнать меня в эду жидкую могилу, и все дуд.
На лице Джон-Тома появилось скорбное выражение.
— Ну, если ты в этом уверен, — он заметил, как Талея и Мадж заходят со спины свисающего с ветки Пога, — значит, и впрямь можешь подождать нас здесь.
— Прошу прощения... — возмутился волшебник.
Положив руку на панцирь, Джон-Том осторожно подтолкнул старика к реке.
— Нет смысла спорить с ним, сэр, раз уж Пог решил...
— Эй! Пустите! Чертов Мадж, не ломай крылья. Я дебе потроха вырву! Я... я... Пусти!
— Держите крылья!.. Смотрите, чтобы не укусил!
Флор с Джон-Томом бросились помогать, и вчетвером они спокойно разложили мыша. Успевшая отыскать прочные и тонкие лианы, Талея принялась увязывать строптивого фамулуса, как рождественский подарок.
— Извини, старина, — сказал Каз, — но мы только попусту тратим время. Джон-Том прав, ты сам это знаешь. Наверное, здесь я — самый худший пловец, но Клотагорб уверен, что опасности нет, так что я не колеблюсь.
— Конечно, нет, — подтвердил чародей. — Ну, разве что самая малость. Хапли знает, как глубоко придется нырнуть.
Лодочник, стоя рядом, прислушивался и неодобрительно поглядывал на фамулуса.
— Именно. Берите его и пошли.
Тщательно упакованного и перевязанного летучего мыша понесли к реке.
— Пустите! — Пог испытывал неподдельный ужас перед купанием. — Не могу я, говорю же вам! Утону! Всех предупреждаю: вернусь с дого света и буду преследовать до конца дней.
— Твоя воля. — Талея первой вступила в реку.
— Ты утонешь, — заметил Хапли, — только если не будешь делать так, как я говорю.
— И куда мы направляемся? — поинтересовался ошеломленный: Джон-Том.
Лодочник показал вперед и вниз.
— Сперва плывем, друг. Потом в нужном месте — я скажу где — ныряем. А потом снова плывем.
— Прямо вниз?
Джон-Том топнул, возмущая гладкую чистую воду. Легкий холодок страха пробежал по его спине. Клотагорб с Хапли и, в меньшей степени, Мадж воды не боялись совсем. Она была для них вполне привычной средой обитания. Но если что-то будет не так? Что, если подводная пещера — а куда еще они могут направляться — окажется чересчур глубоко?