Мадж подобрал с пола кусочек черного цемента и бросил вниз на ступеньки лестницы, по которой они поднимались. Послышался достаточно громкий стук.
— Нестек, это ты? — повернулся к дверному проему один из администраторов.
Когда немедленного ответа не последовало, он встал из-за стола, оставив игру.
Беглецы старательно спрятались. Администратор приблизился к дверному проему и несколько раз неуверенно спросил:
— Нестек? Не играй со мной. Я и так уже проигрался.
— Ну, жучила поганый, — прошипел Мадж. — Я-то рассчитывал, что придет по меньшей мере двое.
— Бери этого, — шепнул Клотагорб. — А мы быстро разделаемся с оставшимися.
— Нестек, что ты...
Мадж коротко кольнул мечом вверх — выдр укрылся за высоким порогом, и оружие аккуратно скользнуло прямо в брюхо ничего «е подозревающего стража. Одновременно возникший из тени Каз пронзил мечом один из фасеточных глаз. Страж-администратор рухнул, Талея сорвала с его груди ключи.
— Партевис?
Другой стражник с неудовольствием начал вставать. Третий решился поднять тревогу, однако не успел добраться до двери. Пог приземлился прямо ему на шею и принялся тыкать стилетом место посадки. Несчастный дико замотал четырьмя лапами, пытаясь содрать хлопающего крыльями мучителя. Флор взмахнула мечом и подсекла насекомому ноги.
Другой страж обернулся и, выхватив ятаган, бросился на Хапли. Лодочник подпрыгнул — едва ли не до потолка, — и смертоносная сталь не задела его.
Когда страж снова замахнулся, Джон-Том обрушил на него свой посох. Уклонившись, стражник сделал выпад. Джон-Том, как его и учили, вертел длинный посох в руках. Страж отскочил подальше. Молодой человек нажал на одно из потайных колец — и целый фут стали погрузился прямо в головогрудь недоумевающего насекомого. Прежде чем тело опустилось на пол, Каз успел мечом отрубить ему голову.
— Остановитесь!
Все поглядели направо. Там в стене оказалась кладовка, из которой вынырнул четвертый служитель. Он был даже повыше Джон-Тома, и в руках его барахталась маленькая беспомощная фигурка. Голову насекомого напрочь сорвало с ее плеч. Рыжие волосы рассыпались по плечам. Две лапы обхватили ее шею, третья держала нож — напротив горла девушки.
— Шевельнись хоть один, и она умрет, — заявил стражник, бочком продвигаясь вдоль стены к выходу.
— Если оно поднимет тревогу — мы погибли напрочь, — прошептал Мадж.
— Надо успеть первыми, — сказал Каз.
— Нет! — Джон-Том рукой остановил кролика. — Нет! Мы не...
Талея билась в безжалостном захвате.
— Решайте же что-нибудь, идиоты!
Никто не смел шевельнуться, и, заметив рядом с собой — всего в нескольких ярдах — дверной проем, Талея уперлась ногами в пол и невольно дернулась вверх. Нож пронзил горло, острие вышло сзади. На камни хлынуло красное вино.
Все были чересчур ошеломлены, чтобы кричать. Ругаясь, страж бросил обмякшее тело и рванул к выходу. Пог уже ждал его со стилетом, погрузив острие прямо между глаз. Страж так и не увидел его. Он следил только за своими противниками на земле и не заметил мыша, болтавшегося над входом.
Каз вместе с Маджем торопливо прикончили великана. Джон-Том согнулся над крошечной корчившейся фигуркой. Кровь еще текла из раны, но уже медленнее. Перерезаны были все основные артерии и вены.
Джон-Том глянул на Клотагорба, но волшебник лишь покачал головой.
— Нет времени, нет, мой мальчик... Заклинание длинное.
В глазах цвета морской волны пробудилась искорка жизни. Рот шевельнулся.
— Скоро... Джон-Том, тебе придется принимать... важные решения, и никто не поможет. — Талея едва заметно улыбнулась. — Ты знаешь... я... люблю тебя.
Потоком хлынули слезы.
— Талея, это нечестно. Нечестно! Нельзя же сказать так и бросить меня! Ты не можешь этого сделать.
Но... Словом, она умерла.
Джон-Том дрожал всем телом. Схватив его за плечи, Каз тряхнул несколько раз, и дрожь прекратилась.
— Друг, сейчас не время. Мне тоже жаль ее, но здесь не место для жалости.
— Это так, — согласился осмотревший рану волшебник. — Скоро кровотечение прекратится. Тогда нужно протереть хитин и приставить ей голову обратно. Она в углу — где ее бросил стражник.
Джон-Том замер, оцепенело уставясь на чародея.
— Вы не можете...
— Потом объясню, Джон-Том. Возможно, еще не все потеряно.
— Какого черта? Что еще не потеряно? — В голосе молодого человека слышался гнев. — Мертва она, старый дряхлый...