Рот его открылся, пальцы ласково легли на дуару. Голос юноши и голос инструмента слились в один, никогда еще не слышанный им, истинный голос Джон-Тома.
Звезды закрутились быстрее, Вселенная в один миг исчезла. Голова его пульсировала, горло жгла странная песня без слов, истекавшая подобно реке, что была в миллион раз сильнее земных рек.
Навстречу уже торопились синее небо и белоснежные вершины гор. Вот и граница — смутный предел бытия. Он чувствовал в себе больше сил, чем когда-либо в жизни.
— Вот это скачка, ни хрена себе! — донесся из-за спины радостный голос Маджа.
— Мадж, родной мой! — вскрикнул Джон-Том, обрадовавшись приятелю.
— Свихнулся, че ль?.. А где мы были?
Всюду, думал Джон-Том, но как объяснить это выдру.
— ПУТЬ МОЙ ИЗМЕНИЛСЯ НАВЕКИ, — ревел М'немакса. — МНЕ ПРИШЛОСЬ ИЗМЕНИТЬ ЕГО, ЧТОБЫ УСТРАНИТЬ ЗЛО В ЭТОМ МИРЕ. ТЕПЕРЬ МОЙ ПУТЬ ПОЧТИ ЗАВЕРШЕН. ОТПРАВЛЯЙСЯ СО МНОЙ, МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК. ТВОЙ МИР ОБРЕЧЕН. Я ПОКАЖУ ТЕБЕ ТАКОЕ, ЧЕГО НИКОГДА НЕ УВИДИТ СМЕРТНЫЙ.
— О чем это он, шеф?
— О магии Эйякрата, Мадж. Клотагорб понял, что насекомые не смогут справиться с ней. Она грозила такими опустошениями, что даже М'немакса вынужден был изменить курс. Такое уже случалось в моем мире. Гляди.
Внизу над дальней частью Трумова Прохода вставал облачный гриб — он был невелик, но все же гуще тумана Зеленых Всхолмий.
Прямо под ними сдавались в плен остатки армии броненосных. Им повезло: они оказались посреди ущелья и, бросая оружие, опускались на все шесть ног, умоляя о пощаде.
Медленно распадавшийся гриб отмечал место, где неудача подкараулила Эйякрата. Исчезла скала, на которой стоял чародей. На месте ее остался кратер. Бомба, которую наворожил Эйякрат, относилась к числу более или менее чистых. А кратер послужит предостережением будущим поколениям броненосных, он перекроет Проход надежнее Врат.
Пламенные крылья замерли. Маджа осторожно перенесли на стену. Джон-Том поблагодарил огненное создание, но не согласился унестись с ним.
— ТРИ МИЛЛИОНА ЛЕТ! — прогрохотал М'немакса, и ржание его сотрясало стены каньона, сбрасывая с них скалы. — ВСЕГО ТРИ МИЛЛИОНА. СПАСИБО ТЕБЕ, МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК. ТЫ ИСТИННЫЙ ЧАРОДЕЙ, НАДЕЛЕННЫЙ НЕВЕДОМОЙ МУДРОСТЬЮ. ПРОЩАЙ!
Огромный огненный силуэт поднялся в воздух, с оглушительным треском лопнула ткань пространства-времени. Дыра затянулась мгновенно, и М'немакса исчез, чтобы возобновить странствие, теперь недолгое; вернулся в свое неведомо где и повсюду.
Вокруг них хлопотали фигуры, мохнатые и лишенные шерсти... Каз, Флор, Хапли, придерживающий свою пронзенную мечом лапу. Пог взволнованно метался над головами, а теплоземельцы засыпали их поздравлениями и вопросами.
Битва закончилась, а с ней и война. Тех броненосных, кто избежал смерти в термоядерном взрыве умеренной силы, загоняли за сделанные на скорую руку загородки.
Джон-Том смущался и нервничал, но Мадж сиял, словно М'немакса, наслаждаясь общим восхищением.
Когда возбуждение улеглось и воины оставили стены, присоединившись к своим соратникам внизу, Клотагорб сумел пробиться к Джон-Тому.
— Ты превосходно справился с делом, мой мальчик! Я горжусь тобой. — Чародей улыбнулся. — Из тебя выйдет настоящий волшебник. Нужна только точность и определенность в формулировках.
— О, я учусь, — признал Джон-Том без улыбки, — например, что не следует забывать о том, что может скрываться за словами. - Он мрачно посмотрел на волшебника — тот не отвел взгляда.
— Я поступил так, как следовало поступить, мой мальчик. Я бы и снова поступил точно так же.
— Я знаю и не могу осуждать вас за это, но и симпатизировать вам тоже не в силах.
— Ну, как хочешь, Джон-Том, — ответил чародей. Он поглядел за спину молодого человека, и глаза его округлились. — Кажется, ты слишком торопишься осуждать меня.
Джон-Том обернулся. К нему приближалась хрупкая рыжеволосая фигурка. Он мог только смотреть.
— Привет, — легко улыбаясь, проговорила Талея, — сколько же дней я провалялась без сознания?
— Мертва ты была, — ляпнул бестактный Мадж.
— Да ну тебя. Мне приснился такой странный сон. — Она поглядела на ущелье. — Значит, пропустила всю драку?
— Я видел тебя... там, — пролепетал ошеломленный Джон-Том. — То есть не всю — только часть. Она пришла ко мне, и я понял, что это ты.
Ничего не знаю, не помню, — строго сказала Талея. — Получилось так: я очнулась в шатре посреди кучи трупов. Чуть со страху не обделалась. — Она хихикнула. — Но с прислугой случилось кое-что похуже. По-моему, они еще бегут. Потом я спросила, где ты, мне показали. А это правда, что говорят о тебе и М'немаксе?..