Джон-Том кивнул.
— А мне показалось, для человека она куда моложе. Подросток. Ага, вспомнил, куда ее дели потом. Ее забрали социальные службы. Несколько общин бросали жребий, и выиграли Друзья Улицы.
— Да, точно, — подтвердил напарник. — Я сам об этом читал в рапорте.
— Друзья Улицы? Кто они такие? — спросил Джон-Том.
— Что-то вроде сиротского приюта. — Полицейский повернулся и указал: — Вон они где обретаются, на горе Курьи Потроха. Сроду там не бывал — повода не возникало. Туда ее отвели. Думаю, с ней все в порядке. Говорят, там чисто, уютно и пристойно.
На руку Джон-Тома успокаивающе легла лапа выдра.
— Вишь, кореш? Все уладилось само собой, причем наилучшим образом.
— Да, — согласилась Розарык. — Пойдем-ка в гостиницу, Джон-Том. В пхиюте девчонке будет лучше, чем с нами.
Джон-Том выслушал и удивил Яльвара тем, что поинтересовался его мнением.
— Если вам действительно небезразлична точка зрения недостойного слуги, то я вынужден встать на сторону ваших друзей. Несомненно, юной женщине самое место среди сверстников, под опекой тех, чьи обязанности — заботиться о детях, к которым судьба была слишком жестока. А нам следует заняться своими делами.
Джон-Том кивнул.
— Может быть, ты и прав, Яльвар. — Он поглядел на Маджа и Розарык. — И вы, наверное, тоже. — Он перевел взгляд на старшего скунса. — Вы уверены, что это приличное заведение?
— На улицах Снаркена полно беспризорной молодежи. Мы то и дело кого-нибудь задерживаем, поэтому здесь много приютов. Одни — на государственном обеспечении, другие — частные. Если я не путаю, Друзья Улицы — частная лавочка.
— Ну, хорошо, — проворчал Джон-Том, уступая весомости доводов и мнению большинства.
— Так когда же мы поедем, чувак?
— Можно завтра утром. Если сумеем до вечера добыть все необходимое.
— Добыть ящик воблы? Раз плюнуть, кореш. Предоставь это мне. А вы с горой кошатины и старым педиком ступайте в гостиницу. Отдохните, подышите напоследок морским воздухом. Положитесь на старину Маджа.
Джон-Том внял его совету и к вечеру был вознагражден появлением у гостиницы не одной, а двух больших и удобных кибиток, доверху набитых съестным. Влекли их две рогатые ящерицы из тех тяжеловозов, что способны с одинаковой легкостью носиться по ровным дорогам и горным тропам.
— Молодчина, — похвалил Джон-Том выдра. — Ты поработал на славу.
Казалось, Мадж подверг себя неописуемой пытке, сунув лапу в карман и вытащив три золотые монеты.
— А это сдача, приятель.
Джон-Том едва не лишился дара речи.
— Просто с ума сойти! Мадж, да ты еще и сдачу возвращаешь?
— Босс, умоляю, не говори ничего! — с мукой в голосе произнес Мадж. — И без того тошно.
— Мадж, а тебе никогда не приходило в голову осесть где-нибудь и заняться честной торговлей?
— Кому? Мне? — Выдр содрогнулся всем телом. — Да я б тогда самоуважение потерял, не говоря уже о лицензии линчбе-нийской воровской гильдии. И разбил бы сердце моей бедной матушки.
— Извини, — прошептал Джон-Том. — Больше не буду.
Розарык подвергла груз тщательному досмотру.
— Выдха, я беху назад все, что пхо тебя говохила. Схеди снабженцев тебе нет хавных. — Она поглядела на Джон-Тома. — Здесь с лихвою хватит на многомесячный поход. Он не зхя потхатил золото.
Мадж отвесил низкий поклон.
— Спасибо, о высочайшая, сладчайшая и целомудреннейшая. Ну, а теперь что вы скажете насчет роскошного ужина перед походной диетой? — Он направился ко входу в гостиницу.
Джон-Том задержался и растерянно произнес вдогонку друзьям:
— Послушайте, я разделяю ваши чувства и уважаю ваше мнение, и вы, наверное, абсолютно правы, а я, должно быть, ошибаюсь. Я понимаю, вы хотите поесть и поспать, но я не устал и не проголодался. Знаю, это выглядит глупо, но я все-таки собираюсь найти Друзей Улицы и попрощаться с Глупостью.
Мадж всплеснул лапами.
— Люди! Слышь,парень, ну, че терять время? Девчонка — прочитанная глава, и этим все сказано.
— Прочитанная глава, — согласился Яльвар, — со счастливым концом. Пусть так и будет. Зачем терзать себя?
— Я не терзаюсь. Я совсем ненадолго. — Юноша ущипнул струну дуары. — Спою ей напоследок и скажу, что мы будем возвращаться этой же дорогой. На случай, если ей захочется повидать нас или еще что-нибудь...
— До чего ж трогательно, — пробормотал Мадж. — Черт с тобой, кореш. Пойдем, покончим с этим делом.