Гора погромыхивала, стеллажи содрогались. Пол под ногами ходил ходуном, с потолка сыпалась каменная пыль, а двое чаропевцев швыряли друг в друга убийственными фразами и сокрушительными ритмами. Черрок пел о злых языках и разбитых сердцах, о духовных муках и неверии в себя. Джон-Том парировал схожими по содержанию куплетами «Куин», «Стоунз», Пэт Бенатар и «Флитвуд Мэк». Лязгающие аккорды пересмешника разбивались об аккорды «Клэш». Птице даже пришлось звать на подмогу разбитое воинство Броненосного народа, и Джон-Том вынужден был очень шустро пошевелить мозгами, чтобы отбиться тяжеловесной «Новой волной» Адама Анта.
Пока чаропевцы сражались, Мадж норовил воткнуть стрелу в Цанкресту. Но хорек, знавший мастерское обращение выдра с длинным луком, всячески старался не стать удобной мишенью.
В конце концов Джон-Том почувствовал: какими бы ни были последствия, необходим перерыв. У него перехватывало дыхание, а пальцы онемели и кровоточили от непрестанного щипания струн. И, что хуже всего, горло саднило, словно разодранное наждаком, и все настойчивее грозило пожизненной хрипотой.
Но и противнику в этой суровой дуэли приходилось несладко. Черрок уже не оправлял горделиво перья после каждой песни, да и самоуверенностью от него больше не веяло.
Поэтому Джон-Том отважился на совершенно иную тактику.
— Слышь, приятель, вот эта последняя песенка, ну, про поддатого слоника с ножичком... Славно, ей-богу. Кой-какие переходы — просто смак. Мне бы так не суметь.
— Пальцы, — просипела птица, — не всегда лучше перьев. — В подтверждение своих слов она подняла правое крыло и помахала его гибким краешком. — Да ты и сам не лыком шит. Как это там у тебя, про грязные дела, что стоят очень дешево?..
— «Эй-Си Ди-Си», — устало ответил Джон-Том. — Я рассчитывал вызвать нескольких убийц-берсеркеров. Черта с два.
— И все-таки хорошая попытка, — похвалил Черрок. — Я почти ощутил нож возле горла.
Цанкреста шагнул вперед, заботясь о том, чтобы орудие расправы заслоняло его от Маджа.
— Это еще что такое? Я плачу не за светскую беседу с этим человеком! Я плачу за убийство!
Черрок повернулся к волшебнику. Его глаза недобро сощурились.
— Уж потерпите минутку, господин Цанкреста. Вы мое чаропение купили, а не душу.
— Мне тут только экзистенциализма не хватало, мужлан чирикающий! Делай что тебе велено!
Пересмешник даже бровью не повел.
— А я и делаю. — Он кивнул в сторону Джон-Тома. — Этот парень чертовски силен. Может, даже получше меня.
— Не знаю, кто из нас лучше, да и знать не желаю, — зачастил Джон-Том, — но поешь ты, словно буря, а играешь, как дьявол. Дорого бы я дал, чтобы научиться твоей последней песенке. — Он сыграл аккорд. — Может, пяти пальцев и маловато, но ужасно тянет попробовать.
— Ну, не знаю... У дуара только два набора струн, а у моего сайрида — три. Впрочем, ежели ты и пропустишь ноту-другую... — Пересмешник поднялся и шагнул к юноше. — Давай поглядим.
— Прекратить братание с врагом! — рявкнул Цанкреста, удерживая пересмешника за плечо. Черрок стряхнул его лапу.
— Может, он вовсе не враг.
— Конечно, не враг! — Воодушевясь, Джон-Том двинулся навстречу птице. — Работа есть работа, но зачем двум профессионалам бить друг другу носы? — Подойдя к Черроку, он по-товарищески обнял его за плечи; для этого пришлось нагнуться. — Певец, это не твоя война. Музыкантам-волшебникам нашего калибра междуусобица ни к чему. Наоборот, нужно сотрудничество. Ты только вообрази, каких чудес мы натворим, если объединимся! Даешь не поединок, а джем-сейшн!
— А что, мне это нравится. — Черрок зашарил глазами по проходу. — Где тут ягоды?
— Да я не про обычный джем. Я имею в виду совместную игру. Дуэт поющих колдунов.
В жилет пересмешника вцепилась когтистая пятерня.
— Не допущу! — заорал хорек, подпрыгивая на коротких лапах. — Не позволю! Я тебе заплатил, и хорошо заплатил! У нас договор! Слишком многое поставлено на кон...
— Ага, в том числе и моя репутация, — холодно перебил Черрок и перевел взгляд на Джон-Тома. — Но ведь это несложно уладить между друзьями, верно? Ну, а деньги... — Он снова повернулся к волшебнику. — Деньги ты можешь забрать. Кажется, мне неохота...
— Берегись, приятель! — Выдр кинулся грудью на Цанкресту. Еще миг — и кинжал хорька, подло спрятанный под крылом ни о чем не подозревающей птицы, поразил бы Джон-Тома. Двое хищников, сплетясь в клубок, покатились по полу.
— Дехжи его, сахахный! — Розарык спешила Маджу на подмогу, демонстрируя готовность сковырнуть голову колдуна с такой же легкостью, как пробку с бутылки.