— Есть какая-нибудь возможность выбраться отсюда?
Джон-Том посмотрел на слабый источник тусклого света — таким казалось отсюда далекое солнце.
— Эта чертова стена крепка как сталь, кореш. Путь, чтобы войти или выйти, только один. Не думаю, чтобы нам удалось провести заплыв в ближайшее время.
Выдр потянул Джон-Тома к небольшой луже около стены, отмечавшей выход наружу.
— Глянь-ка, далеко не уйдешь.
Прямо возле входа в купол, чуть ниже, дрейфовал наводящий ужас представитель речной фауны. Это был гигантский водяной жук длиной не менее восьми футов. Похожий на утопленника в доспехах, он застыл, выставив наружу жвалы, которыми можно было враз отхватить руку или ногу.
Пока купание отменяется, отметил про себя Джон-Том.
Он оглянулся. К ним приближалось существо размером поменьше. Юноша попятился.
— Что это?
Мадж не шелохнулся.
— Поставщик воздуха.
У небольшого жучка задние ноги были раза в два длиннее остального туловища. Ряд жестких, но гибких волосков покрывал каждую конечность. Достигнув купола, он повернулся спиной к отверстию. Между задними ножками у него находилась тонкая шелковистая оболочка, наполненная воздухом.
Приблизившись к отверстию, жук взбрыкнул ножкой, и оболочка лопнула. Затем последовал громкий «бульк», и ноги Джон-Тома захлестнуло водой. Потом вода откатилась, а его будто обдало порывом свежего весеннего ветра. Жук отправился восвояси.
— Они это делают регулярно, — объяснил Мадж, — поэтому мы здесь до сих пор не закисли.
— Предусмотрительно с их стороны.
Мадж повернулся и нервно зашагал взад-вперед.
— Если б они и во всем остальном вели себя так же... Может, лучше было бы захлебнуться?
Сделав с полдюжины пробежек, выдр снова остановился перед входом.
— Я понял, что могу обогнать этого гигантского урода, только бы проскочить мимо него. — Тут Мадж задумался. — Да только вряд ли мне удастся сделать это целиком, а не по кусочкам...
Джон-Том сел на тростниковую циновку.
— До сих пор они на нас не нападали.
— Да уж, до самого последнего момента, а потом было бы уже поздно. — И Мадж указал на мирно покачивающегося возле их тюрьмы гигантского жука. — Вот этот кусок бронированного дерьма подплыл снизу и перевернул нас. А его родственнички помельче поджидали, чтобы отбуксировать сюда вниз.
Выдр оглядел друга.
— Пока нас тащили в этот кокон, лицо у тебя раздулось, как мочевой пузырь у ящерицы. Я уж думал, ты концы отдашь. Они потанцевали немного у тебя на спине, пока не выжали из тебя целый галлон воды, а потом это им надоело. Через пару минут ты застонал и отрубился. Мне оставалось только стереть тину с твоего лица и ждать, проснешься ли ты вообще. Это все было вчера.
Джон-Том кивнул.
— Да, похоже, я был почти готов. А где вещи и плот?
— Валяются где-нибудь на дне. Видать, лениво им было собирать все это, — грустно сказал Мадж. — А оружие наше они хранят вон там, в сухом складике, чтобы вода не попортила. Держу пари, что это главные вещественные доказательства обвинения.
Джон-Том подошел к стене. Рядом с местом заточения, отделенный каким-то футом водяной толщи, находился заполненный воздухом кокон меньших размеров. Он был завален пожитками и оружием неизвестно скольких путешественников, их товарищей по несчастью, которых занесло в этот район Рунипай. Самые последние трофеи лежали наверху, на плетеной корзине: меч и посох Джон-Тома, короткий клинок, стрелы и лук Маджа, даже кое-что из съестного, а на вершине пирамиды — почти невредимая сухая дуара. Если бы не вода и преграды, он добрался бы до нее...
— Мадж, нам бы только заполучить дуару.
— И ты бы усладил их слух пением, кореш. Увы, отсюда только один выход, который я и проверять не буду, пока этот плавучий маятник торчит здесь. Нет бы ему отлучиться. Поживился бы чем-нибудь в другом месте или еще чего... Охо-хо. — Выдр отпрянул в дальний угол.
Джон-Том нервно оглянулся.
— Что случилось?
— К нам гости...
Джон-Том поспешил к Маджу.
Один за другим троица броненосных зашла в камеру. Хотя большая часть их жизни проходила под водой, они тем не менее должны были время от времени подниматься на поверхность, чтобы подышать, потому что имели не жабры, а легкие. Для житья им приходилось строить камеры, заполненные воздухом, — такие, как эта.
Двое вошедших были похожи, как братья-близнецы. На каждом красовалось что-то вроде нержавеющего, отливающего металлическим блеском панциря, сделанного, как показалось Джон-Тому, из каленой меди. Третий же, высокий и худой, более всего походил на богомола, но вообще Джон-Том ничего подобного в мире насекомых прежде не встречал, ни здесь, ни на родине. В отличие от приземистых спутников на этом не было ни доспехов, ни оружия. Взамен он держал в клешне несколько тонких металлических листков, испещренных гравировкой. Этот чахлый, но длинный субъект наклонился, чтобы посовещаться с приспешниками. Они принялись обсуждать написанное на железных таблицах. Затем богомол выпрямился и в обвиняющем жесте вытянул конечность, указывая на Джон-Тома.