— И я уже умею колдовать. Правда, не всегда получается в точности то, что задумал.
— А твой отец говорит, у тебя никогда не получается.
— У папы сначала были точно такие же сложности.
— Ну, вряд ли они были столь же серьезны. Родителю твоему достался слабый голос, но Джон-Том компенсировал этот недостаток музыкальными произведениями своего мира. А ты не в восторге от его музыки и потому вынужден импровизировать. Судя по его отзывам, в игре ты почти не отстаешь, но в подметки не годишься ему по части пения.
Банкан поморщился — только ленивый его не бранит, до чего же осточертело! Впрочем, он знал, на что шел.
— Ничего, научусь.
— Возможно. Если только никого при этом не отправишь на тот свет.
Банкан покраснел.
— Да, нашкодил я маленько в кухне. Ну, и что такого?
— По словам Джон-Тома, ты подверг смертельному риску жизнь родной матери.
— Жизнь моей матери? Смертельному риску? — Банкан едва не рассмеялся. — Да моя мать выйдет против трех лучших фехтовальщиков Поластринду и выпустит им потроха, а сама не получит ни царапины. А перед схваткой велит привязать ей одну руку к спине.
Клотагорб погрозил гостю коротким и толстым, как пенек, пальцем.
— И все-таки факт остается фактом. Ты балуешься с силами гармонии, слабо разбираясь в их природе и совершенно не контролируя.
Банкан обмяк, откинулся на удобную спинку дивана.
— Интересно, почему мне все это кажется таким банальным?
— Дружок, банальность — это всего лишь правда, навязшая в зубах.
— Тогда почему бы вам не взять меня в ученики? Помогите стать чаропевцем.
Клотагорб вздохнул.
— Увы, не всему на свете можно обучить. И я не в силах развить твой голос с помощью чар. В лучшем случае ты годишься в аккомпаниаторы отцу. Пальцы у него не столь быстры, как в былые годы…
— Что ж, спасибо на добром слове.
Не расстающийся с сарказмом Банкан поднялся и направился к выходу. Это было ужасно невежливо — следовало дождаться, когда маг его отпустит. Впрочем, Клотагорб мог бы легко задержать юношу несколькими удачно подобранными словами, но волшебник предпочел всего лишь смотреть ему вслед сквозь толстые очки.
— Друг мой, ты должен решить сам. Ты уже почти взрослый.
Банкан резко обернулся.
— Что значит — почти? Я намерен стать чаропевцем и вершить великие дела. И прекрасно обойдусь без вашего одобрения. И без отцовского. А теперь, если не возражаете, я…
Он потеснил брызгающего слюной и хлопающего крыльями филина.
— Мальвит, пропусти его, — устало велел Клотагорб. — Он еще слишком юн, но годиков через сто до него начнет доходить. Конечно, если он столько проживет.
— Хозяин, а с эти-им уже все-о?
Филин собрался убрать посуду со стола. Клотагорб поднял переднюю лапу.
— Ладно, оставь. Я утомился от возни с пылесосом. И от упрямства юных.
— Хозяин, э-этот человек ва-ас огорчил?
Мальвиту не удалось скрыть радость.
— Мы не пришли к согласию насчет выбранного им пути. Его родители тоже против. Конечно, молодости свойственны скоропалительные решения, но случай с этим мальчиком — особый. Он чреват большими бедами.
— А вот я-а, господин, ни-икогда с вами не спорил.
— Да. Ты рабски угодлив, о таком слуге можно только мечтать.
— Не значит ли-и это, — с жаром атаковал волшебника Мальвит, — что вы-ы меня обучите авиационным ча-арам четвертой ступе-ени и я смогу летать не-е дыша?
— Не будем спешить. Сначала ты должен пройти испытание, выполнить несколько трудных, задач. Например, сделать мойку белее снега.
— Но-о, хозяин, у ва-ас же вовсе не-е белая мойка!
— Ну, так воспользуйся своими навыками чудотворца. И пошевеливайся, а не то я превращу тебя в киви. Как тебе нравится перспектива удлинить клюв, сменить перья на волосы и остаток ученического срока провести не летая, а бегая?
— О не-ет, хозяин. Я вовсе не хотел показа-аться непочтительным. Зна-аете, я, пожалуй, помо-огу смерчу с приборкой.
С перепугу филин шарахнулся о стену, точно жук, залетевший в комнату и мечущийся в поисках окна.
— Ну что ж, попробуй. Только держись от него в сторонке. В доме и так полно бесхозных перьев.
Филин сгинул. Со старческой медлительностью Клотагорб допил чай, встал и подошел к окну. Юный Меривезер уже скрылся в лесу. Маг надеялся, что тот отправится домой. Но это было маловероятно. Впрочем, пускай Банкан сам выбирает, куда ему идти. А у Клотагорба своих забот хватает. В Древе уйма альковов и кладовок, веками не знавших уборки. Вот как бывает, когда на несколько десятков лет упускаешь из виду, что в доме нужен элементарный порядок. Придется Джон-Тому и Талее самим как-нибудь приструнить мальчишку.