— Ага! Прогони его, Банкан. — Виз тревожно покосился на бесцельно мечущийся вихрь. — Он меня нервирует.
— Хорошо. Сквилл, Ниина!
Сквилл кивком указал на сестру — она утоляла жажду.
— Да запросто, кореш. Только дай чуток покумекать.
Ниина заткнула флягу пробкой, затем брат и сестра сели рядком, обняли друг друга за плечи и пошептались, соприкасаясь усами.
Черный вихрь яростным рывком покинул речное ложе и двинулся к путникам.
У Граджелута глаза стали что блюдца. Он отступал, пока снова не уперся спиной в валун.
— Что вы наделали? Заставьте его уйти!
Выдры запели быстрее, пальцы Банкана стремительнее запорхали по струнам, но свирепая буря не прекратила свое целеустремленное турбулентное наступление, и вот она почти нависла над ними. Перед лицом такой опасности Банкану нелегко было устоять на ногах. Выдры уже не обнимались, а крепко вцепились друг в дружку. Даже кряжистый могучий носорог отступил на несколько футов. Банкан понял, что этот вихрь не заботится о сохранности экспонатов своей коллекции. Он бездумно и безжалостно растерзает их в клочья, как тот злосчастный смерч.
Позади Банкана завопил перепуганный Граджелут:
— Чаропевцы, прогоните его! Прогоните, пока не поздно!
Едва ли эти жалобные мольбы являлись конструктивным предложением, но выдр они подстегнули.
До вихря уже можно было дотянуться рукой, и тут его поверхность пошла морщинами, а затем и трещинами. Торнадо остановился, и от него явственно повеяло недоумением. Через секунду-другую он заскрипел, словно обладал костяком, и его сотрясла череда неистовых конвульсий. Буйные ветры все еще овевали путников, но уже бесцельно и неорганизованно.
На глазах у странников торнадо съежился. Он дергался и извивался, он сворачивался в петли и распрямлялся, он бестолково выбрасывал в разные стороны черные ветряные щупальца. А потом с тяжким стоном эта громадина завалилась набок и под оглушительный грохот растянулась на дне каньона, подняв тучу пыли и песка.
Банкан повернулся к урагану, лишь когда облако начало оседать. Поверженный торнадо беспомощно бился, но тщетны были попытки развязать тысячи узлов, в которые скрутилось его тело по вине чаропевцев.
Раньше всех пришел в себя Граджелут:
— Это изумительное зрелище, но лучше бы нам побыстрее уехать отсюда.
Ниина перевела дух.
— Шеф, я обеими лапами «за». Не, вы видали, а? Еще немного, и нам бы опаньки!
Опасливо поглядывая на запутанный торнадо, двуногие взобрались на носорога, и тот, когда последний наездник оказался в седле, пустился рысью, торопясь набрать спасительную дистанцию между собой и грозным, но временно недееспособным атмосферным явлением.
Когда они наконец выбрались из крутобокой бездны, Граджелут поглядел назад. Ни единого признака обузданной бури.
— Вот так же я пытаюсь одолеть конкурентов, — хмуро сообщил он спутникам. — Конечно, гигантский смерч рано или поздно освободится…
— Я тоже так думаю. — Банкан рассматривал лежащие впереди столовые горы и равнины. — Надеюсь, к тому времени мы будем уже далеко.
Купец устроился в седле поудобнее.
— Но если он вздумает нас преследовать, вы его, конечно, снова свяжете, не правда ли?
Банкан почувствовал, как по спине легонько постукивает дуара.
— Слишком полагаться на это не советую. Пока нам исключительно везет с чаропением, но Джон-Том часто говорил, что копии не бывают лучше оригиналов. Думаю, таково природное свойство волшебства. Если торнадо погонится за нами, испробуем что-нибудь другое, и я не ручаюсь, что получится так же хорошо. Я бы предпочел ехать побыстрее.
— Мой юный друг, похоже, я верю в вас намного больше, чем вы — в себя.
— Слышь, шеф, — вмешался в разговор неделикатный выдр. — Зато у меня веры в себя до фига, вот так. Можешь меня нахваливать, я не против.