— Только что вставил новый стержень, — пробормотал он.
— Орудие убийства? — спросил Деннис.
— Почти наверняка молоток. Взгляните.
Свет секционной лампы упал на висок погибшей.
— Отпечаток совершенно характерный. Особенно по закруглённым краям. Документов из других федеральных земель у меня пока нет, но готов спорить: форма раны, направление удара и прочие параметры совпадут с предыдущими случаями. К тому же наш субъект левша.
Керн молча кивнул. Он и сам полагал, что перед ними очередная жертва Висо̀чника.
— А вторая травма?
— Вот тут начинается самое любопытное, — сказал Хоманн и поднял глаза. — Он распилил тело в наименее удобном месте из всех возможных.
Доктор раскрутил ручку, вынул бесполезный стержень и направился к ящику стола за новым.
— Поясните.
— Если бы он взял несколькими сантиметрами выше, пришлось бы пилить только позвоночник. Минут пять работы. Но он выбрал таз.
— И сколько это занимает?
— При известном старании — минут пятнадцать. Кость там массивная. Но главное даже не в этом. Он задевает тазовую артерию, кровь идёт толчками. Представьте себе помещение после подобной операции. И жертва умирает не сразу — минут через пять или семь. К тому же работал он, вероятнее всего, пилой с крупными зубьями.
Хоманн перестал искать ручку и снова направил свет на место разреза.
— Видите? Всё рваное. Он не столько резал, сколько драл. Особенно мягкие ткани. Здесь буквально всё разлохмачено.
Последнее слово доктор произнёс почти шёпотом.
— Возможно ли, что он её пытал? — спросил Керн.
Хоманн качнул головой.
— Нет. К тому времени она уже умирала. С медицинской точки зрения цель была одна — смерть. И, разумеется, само расчленение.
— Тогда зачем выбирать самый трудный способ?
— Либо хотел растянуть удовольствие. Либо не знает анатомии. Врач так действовать не стал бы.
— Может быть, тело не помещалось в машину, — заметил Керн. — Или оказалось для него слишком тяжёлым.
— Как бы там ни было, на месте преступления он чувствовал себя совершенно спокойно, — сказал Хоманн. — Когда он закончил, там всё выглядело как в скверном кинематографе. И сам он был весь в крови. А потом ещё запах…
— То есть он был уверен, что ему никто не помешает.
— При такой бойне — безусловно.
— Когда получите результаты?
— Когда найду ручку, которая умеет писать.
Керн достал из кармана свою и протянул доктору.
— Не потеряйте. Государственное имущество.
— Буду хранить в сейфе, — ответил Хоманн, и уголок его рта дрогнул. — Ладно. Осмотр ещё не закончен. Проверю содержимое желудка, печень, остатки крови — если таковые вообще имеются. Токсикология, отпечатки пальцев, стоматологический статус. Лаборатории понадобится несколько дней. Остальное получите завтра. Да, кстати… есть ещё кое-что.
Керн и Деннис переглянулись.
Хоманн осторожно повернул верхнюю часть тела, придерживая погибшую под правым плечом.
На лопатке виднелась маленькая роза — татуировка, выполненная аккуратно и умело.
— Совсем свежая. Недели две или три, — сказал доктор.
Деннис оживился.
— Тогда у нас появляется шанс. Пройдёмся по тату-салонам. Снимок сделаете?
— Через час будет у вас.
Керн заметно успокоился. Установить личность неизвестной жертвы удаётся далеко не всегда быстро. Взрослых людей нередко начинают искать спустя недели. А некоторых — не начинают вовсе. Случалось, LKA публиковало фотографии неопознанных погибших в надежде, что кто-нибудь узнает лицо. Татуировка же иной раз оказывается полезнее паспорта.
Деннис подошёл ближе к столу и снова посмотрел на следы насилия, оставленные убийцей. Его подруга Сузи была примерно того же возраста, что и погибшая.
Он отвёл взгляд.
— Как мы всё это выдерживаем? Раз за разом?
И Керн, и Хоманн были значительно старше его. Оба давно знали цену подобным вопросам.
Поэтому Хоманн ответил сразу:
— Потому что после всех остальных остаёмся мы.
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
ГЛАВА 04
Серийные убийцы, как правило, существа привычки. Они действуют в узком радиусе вокруг своего жилища и убивают через промежутки, которые становятся всё короче по мере того, как преступник убеждается в собственной неуязвимости. Немецкая статистика утверждает: средний срок карьеры подобного субъекта — чуть более четырёх лет. После этого его, как правило, находят.
Висо̀чник оказался исключением.
Первое известное убийство он совершил семь лет назад. В нижнебаварском городке Фихтах в придорожной канаве нашли тело молодой женщины. Причина смерти — мощный удар в висок. После этого преступник, словно желая удостовериться в окончательности результата, пронзил тело несколькими ударами длинного клинка.