Я прикрыл глаза, массируя переносицу. Девочки. Это всего лишь молодые школьницы. Они не осознают масштабов, не понимают всего ужаса ситуации, в которой оказались простые люди. Я — понимал. Я гулял по Малазану с помощью своего Шарика, я видел, что происходило с теми, кого касалось горе, беды, нужда, но у них не было средств и возможностей, чтобы спасти себя.
«Жизнь жестока», — говорил Старик, когда я подходил к нему с вопросами. — « Тебе надо это запомнить, щегол. Запомни и то, как просто жестокую жизнь превращают в кошмар те, кто несут в мир Великую Идею. Идею, которая, якобы, гарантирует всем и каждому счастье».
И Наставник показывал. Показывал, как люди с огнём Веры в Лучшее в глазах, обещая всем и каждому счастье и достаток, резали тысячи и тысячи. Жертвы, они называли это жертвами ради лучшего будущего. Которое никогда не наступало надолго. Люди не предназначены для жизни в Царстве Небесном. Сотни миров, где цикл повторялся вновь и вновь: кровавая мясорубка ради Счастья, в лучшем случае — краткое наступление обещанного, падение построенного Рая, а потом цикл завершался, и всё начиналось по-новой.
— Отстой, — почти падаю на своё место на кровати, роняя лицо в раскрытые ладони. — Простите меня, прости Корнелия, извини, Элли. И вы, девочки, простите. Просто… я уже не могу рассказывать вам лёгкие теории заговора. Поймите одну простую вещь. В том, что сейчас происходит на Меридиане виноваты не Кондракар, не Фобос: первые наложили самую обычную блокаду. Почему ничего не поменялось после пропажи Сердца? Я не знаю, но допустим, что правители Кондракара посчитали, что не их дело. Если Меридиан разругался с Кондракаром в пух и прах, то проблемы индейцев уже не проблемы шерифа. Фобос… кто-нибудь объяснит мне, что вообще плохого тот сделал, а?
Я поднимаю глаза, тяжело глядя на всех стражниц по очереди.
— Что он сделал? Не отдал то, что принадлежало его семье? Не дал кому-то сесть на свой трон? Не посадил на него Элли, которой в то время И ГОДА НЕ БЫЛО⁈ Не склонил голову перед кучкой повстанцев? Которые, на секундочку, сами не в курсе из-за чего у них мир умирает! Мы за Народ Меридиана, говорит Калеб! Видел я этот народ! Ему плевать на то, кто на троне сидит, они жрать хотят!!! Хотят жить нормально, а не отбиваться от пухнущих с голодухи в лесах бандитов или всякой хищной жути из болот! Так кто виноват-то? А я вам скажу: виноваты два галгота, которые услышав какую-то ерунду, сотворили ерунду по-настоящему кошмарную! И, если я прав в своих подозрениях, виноват тот, кто стоит за этой волшебной в своём кретинизме идеей!
— Нилл, успокойся, пожалуйста, — попросила Вилл.
— Да я уже всё сказал, — машу рукой, повесив плечи.
— Нашел время, чтобы выходить из себя! — Корнелия не сдавалась, сверля меня, впрочем, уже не таким злым взглядом.
— Всё правильно, — внезапно заговорила Элион. Девушка какой-то деревянной походкой подошла ко мне, и как я недавно, тяжело плюхнулась на кровать рядом. — Нилл правильно сделал, что всё высказал честно. Не нужно мне врать, чтобы не расстраивать.
Платиновая блондинка прислонилась ко мне боком, а я в ответ осторожно приобнимаю её за плечи. Чувствую, как она напряжена, словно вся состоит из прямых палок.
— Мне нужно на Меридиан, — в голосе девушки появились странные нотки. Предвкушение, напополам с требованием. — Нужно как можно скорее. Теперь я поняла, что это были за сны: мой мир меня звал. Теперь я понимаю, почему… те, кто играл роль моих родителей были мне так неприятны: они держали меня здесь, пока там умирает мой мир. Я понимаю, что это за тоска внутри меня: Меридиану плохо, мне плохо… Нилл… отведи меня к брату.
— Элли, — начал я осторожно. — При всех моих сомнениях, что Князь — средоточие зла, остаётся возможность, что он, действительно, может желать тебе зла…
— Тогда защити меня, — Элион повернула ко мне своё красивое лицо, серьёзно взглянув в мои глаза. Секунда, две, и она одновременно печально, и с хитринкой улыбается. — Ты же не против подзаработать?
— Эм… — кажется понимаю. Я ожидал от неё слёз, может даже того, что мы разругаемся из-за сказанного мною о чете «Браунов». Но…
Сейчас рядом со мной сидит не просто девушка по имени Элион, а ещё и Хранитель Сердца Мира. Ещё не пробудившаяся, но уже осознавшая себя. Услышавшая шепот Сердца Меридиана. Всё непонятное в своей душе для неё стало ясным, а мысль, что Меридиан умирает, превратилась из смутно беспокоящей в обжигающе болезненную. Ведь он умирает без неё. И в данный момент для девушки отошло на второй план вообще всё. Фальшивые родители, мои их обвинения, подозрения в отношении Фобоса…