Род знал, что на самом деле мальчики способны преодолевать гораздо большие расстояния, но счел за лучшее умолчать об этом.
— Сначала, — продолжала Гвен, — мы с Корделией оставались с ними — ведь твои мысли были нам слышны издалека, и мы могли бы прилететь тебе на помощь. Но я ощутила большую тревогу, супруг мой, когда твои мысли столь неожиданно утихли.
Корделия, широко открыв глаза, согласно кивнула:
— Она так плакала, папочка…
— Нет, нет, милая! — Род взял Гвен за руки. — Я же не хотел…
— Конечно, конечно. — Она улыбнулась ему. — Но ты должен понять, как это напугало меня.
Род медленно кивнул:
— Понимаю. Да.
— И тогда я поручила мальчиков заботам их королевских величеств и Брома О’Берина и снова полетела на север. Я обернулась скопой…
Род закатил глаза:
— А ведь я так и знал! Как только увидел этого ястреба-рыболова так далеко от воды, так сразу все понял! — На самом деле он, конечно, понимал, что сама Гвен никак не способна превратиться в птицу. С таким же успехом бабочка могла бы попробовать превратиться в жирафу. Это была всего-навсего спроецированная иллюзия. Людям казалось, что они видят птицу, а не женщину. — Если бы я не закрыл непроницаемым щитом мои мысли, я бы, пожалуй, разглядел и твои чары!
— Если бы ты не спрятал так надежно свои мысли, мне бы не пришлось подлетать к тебе так близко, — возразила Гвен. — И хотя ты замаскировался, я тебя узнала, Род Гэллоугласс.
Это было в некотором смысле приятно слышать.
— Потом, — продолжала Гвен, — мне достаточно было слушать мысли того доброго человека, что странствовал вместе с тобой. — Гвен перевела взгляд на Саймона. — Спасибо тебе, сударь Саймон.
Вид у Саймона по-прежнему был смущенный и неуверенный, но он поклонился Гвен и улыбнулся:
— Рад, что пригодился вам, миледи, хоть и не ведал про то.
— А когда вас схватили, — сказала Гвен, — я позвала Корделию, и мы с ней спрятались в заброшенной пастушьей хижине. А потом, когда ты снял пелену со своего разума, я наконец услышала твои мысли.
— И нельзя сказать, чтобы ты не обратила на них внимания, — проворчал Род.
— Нет, нельзя! — возмущенно вскричала Гвен. — И когда вы оказались в комнате на башне, я поняла, что близок поединок, и мы с ней полетели к башне. А когда мерзкое устройство перестало работать, я поняла, что ты вот-вот вступишь в бой с колдуном, и тогда я призвала наших сыновей, чтобы наше семейство воссоединилось вновь.
— Очень мило, — усмехнулся Род. — Я, конечно, был невероятно рад видеть всех вас, но самое главное для меня было — понять, что дети живы и здоровы.
— Ну конечно, супруг мой! Я бы ни за что не подвергла их опасности!
Род искоса глянул на жену:
— А то, чем мы не так давно занимались, — это что, по-твоему, такое? Домашнее задание, да?
— Ой, нет, ты что, пап! Было так весело! — вскричал Джеффри.
— Домашнее задание — тоже весело, — проворковал Грегори.
— Папочка! — возмущенно воскликнула Корделия.
Магнус горделиво вздернул подбородок:
— Подумаешь — самые азы!
— Ведь мы уже сражались с ними прежде, — напомнил Роду Джеффри. — И знали, на что они все способны — кроме Альфара. А его мы оставили тебе.
— Приятно слышать, что вы мне немножко доверяете, — проворчал Род. — Но могло случиться все, что угодно…
— С детьми вечно что-нибудь случается, — вздохнула Гвен. — А тут они хотя бы были у меня под присмотром. А если бы я оставила их одних на кухне…
Род поежился:
— Я все понял. Не будем ставить опытов. — Он повернулся к князю. — Мы вам еще не надоели?
— Нет, папа! — вскричал Магнус. — Мы только помогли вам в окончании этой кампании.
— Верно, — широко раскрыв глазенки, кивнул Грегори. — Правда, мы все-таки не все знали про этого колдуна…
Род заметил, как хитро переглянулись Магнус и Джеффри, но счел за лучшее промолчать.
— Ну так вот, — проговорила Гвен и сжала руки Рода в своих. — Во время последнего боя я все время слышала твои мысли. Ты гневался, но сдерживал гнев. Неужели ты и вправду принял советы этого доброго человека так близко к сердцу?
Она кивком указала на Саймона.
— Принял, — кивнул Род. — На этот раз по крайней мере все получилось.
— Это значит, что ты больше не будешь злиться, папочка? — воскликнула Корделия. Остальные дети устремили на Рода взгляды, полные радости.
— Ничего обещать не могу, — пробурчал Род. — Но пожалуй, сдерживать себя смогу более успешно. Ну ладно. Какие у вас планы?