— Прости, что тебе придется помучиться от жажды. Обидно, правда, когда наверху — море пива. Но ты не переживай сильно. Кто-нибудь непременно тебя разыщет. После завтрака.
Йорик подсунул руки под плечи Талера, Род — под колени, после чего они подняли сержанта и перенесли под лестницу, где было темно и прохладно.
В сознании у Рода зазвучал расстроенный голос Гвен:
«Неужто вправду нужно было вести себя так жестоко?»
«Боюсь, что так, милая, — мысленно ответил ей Род. — Разве ты не видела, что стала вытворять его психика, как только ты его пробудила?»
Гвен, минуту помолчав, отозвалась:
«О да, истинно так. Им овладело чувство беспомощности, полной беззащитности».
Род кивнул:
«Вот-вот. Так что так ему будет безопаснее, нежели от твоего ментального нокаута, хотя для нанесения оного ты и не пользуешься никакими наружными средствами. Это он переживет. Это для него привычнее. — Род пожал плечами. — Но надо же было, чтобы все выглядело убедительно, понимаешь?»
«Что тут скажешь. Надеюсь, ты прав, — вздохнув, мысленно произнесла Гвен. — Ну, рассказать тебе, какие у него были мысли?»
«С превеликим удовольствием послушаю», — отозвался Род, перешел к Гвен и, поманив пальцем Йорика, уселся на почтительном расстоянии от Талера. Неандерталец устроился рядом с ним, и Род прошептал:
— Говори вслух, но тихонько — так, чтобы наш дружок слышал, а его жертва — нет.
— С чего это вдруг — моя жертва? — возмутился Йорик.
— Я, кстати, кое-что засек во время допроса, — невозмутимо продолжал Род, — но детали упустил.
— Ах, так вот вы чем занимались! — усмехнулся Йорик. — А я еще диву дался, что это вы так быстро сдались.
Гвен непонимающе посмотрела на мужа.
— Я тебя не обманывал, милая, — покачал головой Род. — Мы действительно обошлись с ним крайне милосердно.
— Ну.-., относительно да, — согласился Йорик. — Но если на то пошло, все на свете относительно, правда? Вот, к примеру, согласно мнению антропологов, мы с вами состоим в родственных отношениях.
— В дальних. В очень дальних, — торопливо прервал это лирическое отступление Род.
— А-а-а, понятно, — кивнул Йорик. — Вам подавай исключительно прямые родственные связи!
— Конечно, — пожал плечами Род. — Это же моя родословная, как-никак. У нас был общий предок, но вы, ребята, отпочковались от древа человечества, и ваша ветвь зачахла, не дав плодов. Это был тупиковый путь развития…
— Ну, если мы сто тысяч лет «чахли»… — фыркнул Йорик. — Что же касается «тупикового пути», то мы, перед тем как вымереть, хотя бы Терру в приличном состоянии оставили.
— Господа! — прошептала Гвен и закрыла ладонями рты спорщиков. — Не желаете ли вы узнать о том, что делал наш сержант за Стеной вчера поутру?
— Да-да, неплохо было бы наконец узнать об этом. — Род перевел все внимание на супругу. — Он ведь и близко не подходил к Месту Приветствия Солнца, верно?
— Верно, — кивнула Гвен. — Он и на лигу к этому холму не приближался. Даже на десять лиг, если на то пошло.
Йорик сдвинул брови:
— Если можно, без хождений вокруг да около. Так что же он делал за Стеной?
— Он был кем-то вроде гонца, — пояснила Гвен. — Губернатор-генерал послал его с вестью к племени «салатных». — Она задумалась и, покачав головой, сказала: — Все-таки очень странное название для племени.
— Как захотели — так и назвались, — пожал плечами Род. — И что же он сказал вождю?
— Вот-вот, — заинтересованно кивнул Йорик. — Из-за чего он поперся туда посреди ночи?
— Из-за того, что вождь племени «салатных» взял взаймы крупную сумму денег у генерала… «из банки» — он ведь так говорил, да?
— Не «из банки», а «из банка», дорогая. Банк — это место, где люди хранят свои сбережения.
— Банк… Странное слово, да и сама мысль очень странная, — проговорила Гвен и, повернув голову к мужу, сдвинула брови. — Почему же эти люди не хранят свои деньги при себе? Зачем они отдают их другим, дабы те хранили их?
— Слишком велика вероятность быть обворованными, — объяснил Род. — А когда деньги лежат в банке, воров бояться нечего. Тревожиться можно только за банкира, а где банкир, вкладчики всегда знают.